СЕКСОЛОГИЯ 
  Персональный сайт И.С. КОНА 
 Главная страница  Книги  Статьи  Заметки  Кунсткамера  О себе  English 

Инаколюбящие

(Журнал «Секс и жизнь», 2004, с.4-18)

В последнее время у нас много, хотя не всегда грамотно, говорят о проблемах однополой любви. В этой статье, не касаясь возможных биологических причин мужской гомосексуальности, я хочу остановиться на ее социокультурных аспектах.

Кто они, куда их гонят?

Гомосексуализм, несомненно, не преимущество, но
в нём нет и ничего постыдного, это не порок и не унижение;
нельзя считать его и болезнью… Преследование гомосексуализма
как преступления — большая несправедливость и к тому же жестокость.
Зигмунд Фрейд.

Вопреки житейским представлениям, будто люди четко делятся на две неравные группы – «правильное» («натуральное») большинство и «неправильное» (английское слово queer буквально значит «кривой»), нетрадиционное меньшинство, сексуальная ориентация, то есть устойчивое предпочтение сексуальных партнеров противоположного или собственного пола, - явление многогранное и многомерное. Американский сексолог Фриц Клайн предложил для измерения сексуальной ориентации «решетку», включающую 7 автономных шкал или параметров:
  1. Сексуальное влечение (шкала гетеро/гомоэротизма): лица какого пола вас эротически возбуждают, привлекают в качестве потенциальных сексуальных партнеров?
  2. Сексуальное поведение (шкала гетеро/гомосексуальности): каков пол ваших реальных сексуальных партнеров, с кем вы совершали какие-то сексуальные действия?
  3. Сексуальные фантазии: людей какого пола вы преимущественно воображаете в своих эротических мечтах и при мастурбации?
  4. Эмоциональные предпочтения (шкала гетеро/гомофилии): с кем вы предпочитаете дружить, поддерживать тесные личные отношения, изливать душу?
  5. Социальные предпочтения (шкала гетеро/гомосоциальности): с кем вы предпочитаете общаться, совместно работать, проводить свободное время?
  6. Самоидентификация: как вы определяете свою сексуальную ориентацию, считаете ли вы себя гомо=, гетеро= или бисексуалом?
  7. Гетеро/гомо стиль жизни: проводите ли вы свое свободное время преимущественно с людьми, которые считают себя гетеро=, гомо= или бисексуалами?
Каждое из этих качеств фиксируется в трех временных состояниях - в прошлом ( 5 лет назад), настоящем (за последний год) и в идеальном, желательном будущем.

Решетка сексуальной ориентации Клайна
Качество Прошлое Настоящее Идеал
Сексуальные влечения      
Сексуальное поведение      
Сексуальные фантазии      
Эмоциональные предпочтения      
Социальные предпочтения      
Самоидентификация      
Стиль жизни      

Чтобы измерить свою сексуальную ориентацию, нужно заполнить каждую ячейку цифрами от 0 до 6. 0 означает, что ваше сексуальное влечение ( поведение, фантазии и т.д.) были, есть или должны быть в идеале направлены исключительно на людей противоположного пола; 1 - что они направлены главным образом на лиц противоположного, но иногда и своего пола; 2 - что в вашем эротическом воображении и т.п. преобладают лица противоположного пола, но представители своего пола также играют заметную роль; 3 - что ваши влечения, сексуальные контакты и т.п. разделены примерно поровну между лицами противоположного и своего пола; 4 - что в них преобладают лица своего пола, но люди противоположного пола также играют важную роль; 5 - прямая противоположность 1; 6 - что ваши влечения, поведение и т.п. направлены исключительно на лиц собственного пола. Индивидуальные показатели по разным шкалам, как правило, не совпадают, но если вы сложите показатели по всем графам и разделите итог на число заполненных граф, вы получите общую картину своих сексуальных предпочтений.

Массовые сексологические опросы подтверждают, что сексуальные желания, поведение и представления людей о своей сексуальной идентичности сплошь и рядом не совпадают.

Например, согласно американскому национальному опросу 1992 г., сексуальное желание или романтическое влечение к лицам своего пола испытывали 7.7 % опрошенных мужчин и 7.5 % женщин. Сексуальное поведение (гомосексуальные контакты после достижения 18 лет) имели 4.9 % мужчин и 4.1 % женщин; если же считать со времени полового созревания, то опыт имели 9.1 % мужчин и 4.3 % женщин. Однако гомо- или бисексуалами (сексуальная идентичность) себя считают только 2.8 % мужчин и 1.4 % женщин.

В английском национальном опросе 2000 года, который охватывал людей от 20 до 44 лет, при непосредственном опросе лицом к лицу наличие гомосексуального опыта в течение жизни признали 6.7 % мужчин и 7.0 % женщин, при самостоятельном заполнении анкеты цифры повышаются до 8.4 % у мужчин и 9.7 % у женщин. Наличие генитального гомосексуального контакта до 20 лет признали 3.6 % мужчин и 3.9 % женщин. Однако в последний год перед опросом таких контактов было значительно меньше, а гомосексуалами считает себя незначительное меньшинство опрошенных.

По данным французского национального опроса 1992 г., французы относятся к однополой любви значительно терпимее американцев (с мнением, что гомосексуалы – такие же люди, как и все прочие, согласны от 70 до 75 % французов, тогда как почти три четверти американцев считают гомосексуальное поведение «всегда неправильным»), но гомосексуальная практика встречается у них реже. Наличие гомосексуального опыта в течение жизни признали 4.1 % мужчин и 2.6 % женщин, в последние 5 лет - 1.4 % и 0.45. При этом женщины признают наличие у себя гомоэротических желаний чаще, чем мужчины ( 6.6 % против 4.6 %), а реальных гомосексуальных контактов больше у мужчин.

В шведском национальном опросе 1996 г. наличие однополых сексуальных отношений признали 2.3% респондентов, влюблялись в людей своего пола 2.2 %, испытывали влечение к ним 4.5 %. Гомосексуальные фантазии посещали свыше 10 % опрошенных.

Короче говоря, однозначно ответить на вопрос «Сколько их?» невозможно.

Важную роль в формировании гомоидентичности играют социокультурные факторы, например, образование. Среди американцев с университетским образованием вдвое больше мужчин и в 8 раз больше женщин считают себя гомосексуалами, чем среди тех, чье образование ограничилось средней школой. Почему? Образованные люди больше сексуально экспериментируют? Или смелее говорят о себе? Или у них больше развито самосознание? Или сказывается более терпимая семейная среда их детства (высшее образование - явление классовое)? Или жизнь в университетском кампусе, без родительского контроля, благоприятствует сексуальному экспериментированию? Каждая из этих гипотез (и многие другие) имеет право на существование и может быть научно проверена, доказана или опровергнута, но самый факт социальной дифференциации сомнению не подлежит.

Разные аспекты гомосексуальности формируются и осознаются не одновременно. В американском Национальном лонгитюдном исследовании здоровья подростков, одни и те подростки опрашивались трижды: в 1995 г., когда им было по 12 лет, полтора года спустя и в 2001 г., когда им исполнилось по 18 лет. Из 20.000 опрошенных подростков 1200 признались, что испытывали влечение к людям собственного пола и 350 имели гомосексуальные отношения. Однако на разных этапах опроса их самоописания менялись. Латентный, скрытый гомоэротизм не обязательно превращается в гомосексуальную идентичность.

Даже те подростки, которые сексуально экспериментируют с однополыми сверстниками, не торопятся идентифицировать себя в качестве геев или лесбиянок. Согласно опросу 34.700 12-18-летних американских школьников в штате Миннесота, доля подростков, не уверенных в своей сексуальной ориентации, уменьшается с 26 % среди 12-летних до 9 % среди 18-летних, причем геями, лесбиянками или бисексуалами считают себя только 1.3 %. Среди подростков, имеющих гомоэротические влечение, геями считают себя 5 %, среди имеющих гомосексуальные фантазии - 10 % и среди имевших гомосексуальные контакты - 27 %.

Несколько огрубляя, можно сказать, что большинство подростков, испытывающих гомоэротические чувства, не считают себя геями, а большинство взрослых геев не считали себя таковыми в юности. Формирование сексуальной идентичности – сложный социально-возрастной процесс, который у разных людей и в разных социальных средах может протекать по-разному.

Поскольку сексуально-эротические и социально-психологические чувства и действия часто не совпадают, они описываются в разных терминах. Ось гетеро/гомосексуальности описывает сексуальное поведение индивида, измеряемое числом и соотношением сексуальных партнеров противоположного и собственного пола. Ее психологический аспект измеряется по оси гетеро/гомоэротизма, т.е. сексуально-эротического влечения к лицам преимущественно того или другого пола. Гетеро/гомосоциальность подразумевает общение с лицами противоположного или собственного пола и определяется тем, с кем – мужчинами или женщинами - преимущественно общается субъект. Психологический, установочный аспект гетеро/гомосоциальности - гетеро/гомофилия, т.е. не имеющее выраженного эротического характера эмоциональное тяготение преимущественно к лицам противоположного или собственного пола - с кем человек предпочитает дружить, проводить время и т.д.

Эти явления взаимосвязаны, но автономны друг от друга, и соотношение гомоэротизма и гомосоциальности, которая особенно сильна у мужчин ( ее часто называют мужской тенденцией к группированию - male bonding) представляет серьезную научную проблему.

Гомосоциальность и гомоэротизм

Сын женщины – лишь тень мужчины, а не его подобие.
Уильям Шекспир.

Чем глубже мы уходим в прошлое, тем более жесткими и непроницаемыми выглядят границы мужского и женского миров, причем тенденция к обособлению и созданию закрытых однополых сообществ, в рамках которых формируются специфические системы ценностей, самосознание и стиль жизни, выражена у мужчин гораздо сильнее, чем у женщин.

Закрытые мужские дома, союзы и тайные общества существовали едва ли не во всех архаических обществах. Древнейшие мужские союзы возникали в противовес женскому, материнскому началу и способствовали дифференциации социальной деятельности и общественных институтов, а также переносу внимания с женского на мужской жизненный цикл. Групповая солидарность и эмоциональная привязанность друг к другу и к группе как целому были необходимы мужчинам не только для борьбы с внешними врагами, но и для того, чтобы поддерживать свой привилегированный статус и власть над женщинами

Американский антрополог Томас Грегор различает два основных способа охраны мужского господства. Первый, древнейший способ, который Грегор называет «комплексом мужского дома», типичен для маленьких оседлых общин Южной Америки и Новой Гвинеи, в которых существуют закрытые для женщин мужские дома, где хранятся священные предметы культа и осуществляются тайные обряды. Мужские дома и тайные союзы предполагают также наличие особых мужских культов, выражающих мужские сексуальные страхи перед женщинами, от которых необходимо защищаться. В них всегда выражены мотивы индивидуального или группового сексуального насилия, а также представление, что мальчик становится мужчиной лишь благодаря другим мужчинам. Этим обосновывается необходимость отделения мальчиков от женщин.

Грегор подробно описывает комплекс мужского дома на примере живущего в джунглях бразильской Амазонии индейского племени мехинаку. Мужчины этого племени верят, что бог Кваумути создал женщин специально для того, чтобы мужчины могли заниматься с ними сексом. В то же время они явно побаиваются женщин. Центр социальной и эмоциональной жизни мужчин мехинаку - не семья, а мужской дом. Это единственное место, где мужчины могут расслабиться и чувствуют полную свободу. Мехинаку говорят, что «в мужском доме нет стыда». Мужчины свободно обнимаются, трогают, раскрашивают друг друга, шутливо хватают друг друга за гениталии. Однако эти действия не считаются сексуальными. Чем больше времени мужчина проводит в мужском доме, с себе подобными, а не в семье или занимаясь сексом с женщинами в лесу, тем более он «настоящий мужчина».

В мужском доме хранятся культовые предметы, прежде всего - священная флейта, «каука», воплощающая одноименного духа . Женщины не имеют права видеть эту флейту и то, как мужчины на ней играют. Если женщина подсмотрит этот священный ритуал, ее наказывают коллективным изнасилованием, в котором участвуют все мужчины деревни, кроме ближайших родственников этой женщины. Главный смысл этого акта – не сексуальное удовольствие, а утверждение коллективной власти мужчин над женщинами. Хотя в акте группового изнасилования присутствует гомоэротизм ( мужчины буквально купаются в семени друг друга) , и это укрепляет их групповую солидарность, понятие «гомосексуальности» в языке мехинаку отсутствует, секс между мужчинами считается одной из странностей белого человека.

Групповая солидарность мальчиков-мехинаку закрепляется обрядом инициации, главный элемент которого – прокалывание уха, интерпретируется как символический аналог женских менструаций. Социальная и эмоциональная связь между мальчиками, одновременно проходившими инициацию, сохраняется на протяжении всей их жизни. Эмоциональное значимость совместных переживаний усугубляется тем, что у мальчиков поощряется агрессия по отношению к женщинам, которые рассматриваются исключительно как сексуальный объект и награда за мужество. Этот тип социализации практически исключает возможность социального равенства и взаимопонимания мужчин и женщин.

Второй способ поддержания гендерной сегрегации, широко распространенный у народов Средиземноморья и Ближнего Востока, - исключение женщин из публичной жизни, заключение их в своего рода домашние гетто. Хотя налагаемые на женщин ограничения обычно мотивируются соображениями скромности и необходимостью защиты женского целомудрия, главное здесь – резкое разграничение публичной и домашней жизни. В южной Италии, в испанской Андалузии, в Тунисе и Алжире мужской и женский мир пространственно строго разделены. Женщина большую часть своей жизни проводит дома, сначала с родителями, потом с детьми. Напротив, «домашний мужчина» считается ненастоящим. Место мужчины на улице, в обществе других мужчин, с которыми он одновременно соперничает и дружит. Для алжирских кабилов, мужчина, который проводит слишком много времени дома, подозрителен или смешон. О нем говорят, что он «сидит дома, как курица на насесте». Уважающий себя мужчина должен быть видимым, постоянно выставлять себя на обозрение других, состязаться с ними, смотреть им в глаза. Он мужчина среди мужчин

По мере исчезновения или ослабления одних специфически мужских институтов, их немедленно заменяют другие. В средние века место первобытных мужских домов и тайных обществ занимают рыцарские ордена, позже их сменяют студенческие братства, масонские ложи, затем пивные, кофейни, клубы. В современном обществе удельный вес исключительно мужских сообществ и учреждений резко уменьшился. Даже армия, включая военные училища, перестала быть чисто мужским институтом. Но потребность в закрытом для женщин общении с себе подобными у мужчин по-прежнему велика. Мужское товарищество и дружба остаются предметами культа и ностальгии. Чем заметнее присутствие женщин в публичной жизни, тем больше мужчины ценят такие занятия и развлечения, где они могут остаться сами с собой, почувствовать себя свободными от женщин, нарушить стесняющие их правила этикета. Подчас трудно понять, являются ли исключительно мужские формы развлечений и массовой культуры, как футбол, бокс или рок-музыка, проявлением специфических мужских пристрастий и интересов, или же их главный смысл заключается именно в консолидации мужской обособленности.

Закрытое мужское сообщество всюду и везде, будь то архаический мужской дом, армейская казарма, тюрьма или аристократическая школа для мальчиков, порождает гомоэротические чувства и гомосексуальность. Однако cоциальные функции и личностный смысл этих чувств и отношений столь же многообразны, как вызывающие их обстоятельства. Их можно разделить на несколько типов.

В одном случае гомоэротизм просто компенсирует обусловленную гендерной сегрегацией сексуальную депривацию. Высокая концентрация молодых мужчин в замкнутом пространстве усиливает их сексуальные желания, которые, при отсутствии других возможностей разрядки, неизбежно обращаются друг на друга. Тем более, что мужчинам свойственно описывать и символизировать любые свои отношения в сексуальных терминах. Поднятая вверх рука со сжатым кулаком, которую мы видим после каждого забитого гола на футбольном матче, - одновременно знак победы и сексуальный символ.

В другом случае налицо эротизация эмоциональных привязанностей. Совместная деятельность и пространственная близость неизбежно порождают между людьми, независимо от их пола и сексуальной ориентации, эмоциональные привязанности, которые при определенных условиях могут эротизироваться, превращая обычную дружбу в «романтическую» или «особенную» дружбу (это понятие уже в средние века служило эвфемизмом для обозначения однополой любви).

Платонические влюбленности мальчиков друг в друга, в основе которых лежит взаимное восхищение и доверие, нередко дополняются совместным сексуальным экспериментированием. В однополых учебных заведениях, лагерях и интернатах сексуальные игры - явление массовое. Среди обследованных в начале 1960-х учащихся английских школ-интернатов наличие гомосексуальных контактов признали 44 % и собственное участие в них - 28 % мальчиков, а среди учащихся дневных школ соответственно 18 % и 3 % . В начале 1990-х годов учившиеся в закрытых школах англичане имели в 2,5 раза больше гомосексуального опыта и в 3 раза больше генитальных контактов с мужчинами, чем учащиеся смешанных школ ( в менее выраженной форме это характерно и для женщин).

В третьем случае имеет место сексуализация отношений господства и подчинения. Отношения внутри любого мужского сообщества, как правило, организованы иерархически. В некоторых из них (уличные банды, армия, тюрьма) иерархия бывает особенно жесткой. Символическая сексуализация оформляет и закрепляет сложившиеся в группе отношения господства и подчинения. Подобно тому, как кобель «метит» мочой свою территорию, доминирующий самец, «опуская» потенциального соперника и конкурента, там самым утверждает свою неограниченную власть над ним, лишает его вирильности и превращает в свою собственность. Эта сексуальная собственность может быть как индивидуальной, так и групповой (армейская дедовщина, лагерная иерархия и т.п.). Ничего общего с любовью эти отношения не имеют. Сексуальный контакт только закрепляет и оформляет отношения власти. Недавние скандалы в петербургском нахимовском училище и московском казачьем кадетском корпусе - лишь частные случаи такого рода отношений.

В четвертом случае гендерная сегрегация служит средством реализации собственных сексуальных предпочтений. В любом мужском сообществе есть люди, внутренне предрасположенные к гомоэротизму. Гендерная сегрегация облегчает им осознание и реализацию своих желаний. Если в первых трех случаях гомосексуальность производна от гомосоциальности, выступая как ее надстройка, дополнение или проявление, то в данном случае взаимосвязь переворачивается: преимущественное общение с мужчинами служит фоном, средством или прикрытием для реализации гомосексуального желания.

Хотя эти качественно разные функции и мотивы могут сочетаться и даже переходить друг в друга, гомосексуальность невыводима из гомосоциальности, а гомосоциальность несводима к гомоэротизму. Сведение сложного явления к простому (редукционизм) или объяснение его одной-единственной причиной (монокаузальность) не соответствует духу современного научного знания. Многие геи воспринимают исключительно мужское общество как угрозу, чувствуют себя в нем чужими и предпочитают дружить с женщинами. Напротив, некоторые абсолютно «натуральные» мужчины чрезвычайно гомосоциальны: они любят ухаживать за женщинами и спать с ними, но все остальное (труд, досуг, общение) предпочитают разделять с другими мужчинами, причем их привязанности и дружбы начисто лишены гомоэротических компонентов.

Парадоксы однополой любви

Если страстное преклонение, хотя бы в самой чистой форме, направлено к женщине,
оно бессознательно стремится к обладанию телом – к этому естественному символу
самого тесного слияния. Но духовная страсть, привлекающая мужчину к мужчине, -
какого выхода ищет она? Беспокойно бродит она вокруг предмета обожания, давая
вспышки экстаза и никогда не находя полного удовлетворения.
Стефан Цвейг.

Вопрос о специфике однополой любви и гомосексуального желания очень сложен. Многие ученые считают, что однополая любовь и связанные с нею эмоциональные переживания практически не отличаются от разнополой любви. Предмет любви - не пол, а конкретный индивид, точнее - образ. Как писал французский философ Ролан Барт, ”любовная речь не связана ни с гомо-, ни с гетеросексуальностью”. Гомоэротические тексты, в которых отсутствует прямое указание на пол любимого, без малейшего труда принимаются за описание и выражение гетеросексуальных чувств, и наоборот. Иначе Пушкина читали бы одни “натуралы”, Кузмина - только геи, а Пруст, превративший Альфреда в Альбертину, был бы никому не нужен. Главное - не объект, а субъект желания. Говоря словами Александра Володина, Дульцинея может быть какой угодно, был бы Дон Кихот Дон Кихотом.

Однако главная экзистенциальная проблема любви - как слиться с другим существом и в этом слиянии утратить и затем заново обрести себя - в однополом варианте выглядит несколько иначе, чем в разнополом. Женщина всегда остается для мужчины Другой, с ней можно слиться только на мгновение, но при этом всегда остается различие и даже полярность. Влюбленный мужчина жаждет общаться с женщиной, обладать ею и / или отдаться ей, ревнует ее к другим, но он никогда не идентифицируется с нею, не мечтает стать ею или таким, как она. Он знает, что она - Другая, уподобиться ей невозможно.

В однополой любви присутствует иллюзия безграничности: влюбленный мечтает обладать предметом любви и одновременно - уподобиться ему или уподобить его себе. Грани между “быть” и “иметь” в гомосексуальном желании более размыты, чем в гетеросексуальном.

Диалектика слияния, идентификации с Другим и одновременно выхода за пределы собственного Я - большая метафизическая проблема. Герои романа знаменитого французского писателя Мишеля Турнье «Метеоры» однояйцевые близнецы Жан и Поль настолько похожи и близки друг к другу, что их называют общим именем "Жан-Поль". Как большинство близнецов, мальчики в детстве имели сексуальные контакты друг с другом, позже их эротически привлекают одни и те же люди и, с кем бы они ни общались, их мысли и желания обращены друг к другу. Чтобы разорвать эту связь, Жан пытается жениться, но Поль разрушает его план. Связывающая близнецов Любовь - привязанность к собственному подобиию, где Другой - точная копия Я. Гетеросексуальная пара, напротив, основана на различии и взаимодополнительности, а гомосексуальная пара стоит как бы на полпути между этими полюсами, стараясь создать близнецовую ячейку, но с разнородными элементами. Отвергая продолжение рода, развитие и время, гомосексуал, по словам Турнье, постоянно и безуспешно “ищет брата-близнеца, с которым он мог бы слиться в бесконечном объятии”.

Эта метафизическая конструкция, подчеркивающая имманентный нарциссизм и иллюзорность гомосексуального желания, выглядит абстрактной, но психологические элементы, на которых она зиждится, - нерасчлененность потребности «быть» и «иметь», - обнаруживаются чуть ли не в каждой гомосексуальной автобиографии.

Десятилетний Жан Жене впервые осознал себя, когда однажды, увидев мальчика на велосипеде, вдруг почувствовал страстное влечение к нему и не мог решить, чего ему больше хочется: быть этим мальчиком или иметь его. Первое эротическое чувство пятилетнего Юкио Мисимы при виде юноши-золотаря: "Хочу быть таким, как он”. И еще: “Хочу быть им". "Я никогда не хотел трахать их, потому что хотел быть ими", - вспоминает свои впечатления в школьном спортзале американский писатель Пол Монетт. Герой романа другого американского писателья Мартина Шектера «Две половинки Нью-Хейвена», глядя на играющих в баскетбол одноклассников, испытывает "не столько тягу к их красоте, сколько желание каким-то образом быть ими, иметь их сноровку, их уверенность" .

Эта потребность в идентификации одновременно духовна и телесна. “Нет ничего более волнующего, чем воспринимать тело мужчины и думать, что между ним и тобой нет разницы”, - пишет французский писатель Марсель Жуандо. Известный романист Ив Наварр не хочет "ничего знать о другом, кроме его тела. И его имени". Однако он мечтает не просто получить от чужого тела удовольствие, а "... целиком войти в тело другого и одеться в него. Уйти и жить одетым в другого, в другом. Войти в него, как в новую пижаму. Стать другим. Другим, любимым. Так мало других". Герои повести Дмитрия Бушуева «На кого похож Арлекин?» оба говорят друг другу: “Я хочу быть тобой”. “Денис, я хочу быть тобой или быть хотя бы твоим совершенным зеркалом. Я хочу раствориться в каждой клеточке твоей ДНК” .

В акте сексуального присвоения тела Другого, субъект сам становится Другим, но не Посторонним, а Любимым. Любимым - кем? Самим собой? Или тем, чье тело он “присваивает”? Или кем-то третьим?

Нарциссическое упоение собственным телом, напряженный аутоэротизм и одновременно - повышенная самокритичность, недоверие и ненависть к себе, постоянная игра со смертью, страстный поиск Другого и готовность раствориться в нем или подчиниться ему… Фрейд и психиатры не придумали эти симптомы, а только гипертрофировали их, недооценив, с одной стороны, их связь с социальными факторами, затрудняющими геям принятие себя, а с другой стороны - наличие огромных индивидуальных различий (один любуется в зеркале своей красотой, другой - своим безобразием), не связанных с сексуальной ориентацией. Индивидуальные различия между геями в этом отношении значительно больше, чем групповые различия между геями и гетеросексуалами. Гомосексуальный Вертер психологически ближе гетеросексуальному Вертеру, чем гомосексуальному Дон Жуану.

Философия и особенно психиатрия склонны драматизировать особенности однополой любви. Но их можно рассматривать и в комическом ключе. Это касается, в частности, гомосексуальной ревности. Ленивые и предубежденные полицейские, не желая утруждать себя раскрытием направленных против геев преступлений, охотно списывают их на “патологически сильную гомосексуальную ревность”, порождающую кровавые разборки. Большей частью это выдумки. Поскольку в гомосексуальных отношениях желание обладать партнером уравновешивается идентификацией с ним, а общество не дает геям тех “прав” друг на друга, которые существуют в патриархальном браке, геи относятся к нарушениям нормы сексуальной исключительности терпимее гетеросексуалов, а сила и формы проявления ревности у них столь же индивидуальны, как у натуралов. Геи часто отбивают друг у друга любовников, не доверяют друг другу, сплетничают, ссорятся из-за привлекательных молодых людей. Эти измены и перемены сразу же становятся известны всем и каждому, драматизируются и театрализуются. Иной раз все члены “голубой” компании успели переспать друг с другом и при случае готовы пойти по новому кругу.

По словам известного американского писателя Эдмунда Уайта, геевская "ревность (я не хочу, чтобы ты спал с этим парнем) на самом деле может быть замаскированной формой желания или зависти (мне самому хочется спать с этим парнем). Много лет назад я был безнадежно влюблен в человека, который не хотел спать со мной, а сам был отчаянно влюблен в третьего парня. Мне так и не удалось соблазнить своего любимого, зато я получил довольно тщеславное и философское утешение, переспав со своим соперником. Он предпочел меня мужчине, которого я любил, и таким образом я стал соперником собственного возлюбленного. Подобный кульбит возможен только в геевской жизни". А великий английский поэт Уистен Оден однажды признался друзьям, что оказался “в тройной переделке: сексуально ревную, как жена, тревожусь, как мама, и соперничаю, как брат”.

Драматургия и поэтика однополой любви столь же многообразны, как формы отношений между мужчиной и женщиной. Чтобы понять это, нужно освободиться из-под власти привычных стереотипов.

Нормализация однополой любви


Безумие… - понятие достаточно зыбкое, и
люди мещанского склада произвольно орудуют им,
руководствуясь сомнительными критериями. Границу
разумного они проводят наспех и очень близко от себя
и своих пошлых убеждений, а все, что находится за нею,
объявляют сумасшествием.
Томас Манн

Первым шагом на пути к освобождению однополой любви была ее декриминализация, т.е отмена уголовного наказания за гомосексуальные отношения. В большинстве западных стран это произошло в 1960-70-х гг., в России – в 1993 г.

Сложнее оказался процесс депатологизации, т.е. отмены диагноза, признающего ее психическим заболеванием. Представление о гомосексуальности как психической болезни, если не касаться его богословских истоков, покоится прежде всего на отождествлении сексуальности с репродукцией, из которого автоматически вытекает признание гетеросексуальности единственно «нормальной» ориентацией. В середине ХХ в. эта точка зрения стала проблематичной.

Исследования Альфреда Кинзи показали, что гомосексуальность распространена значительно шире, чем было принято думать, и к тому же является многомерной. Проведенное американским психологом Эвелиной Хукер сравнение социальной адаптированности группы гомосексуалов с контрольной группой гетеросексуальных мужчин не выявило между ними существенной разницы и привело к выводу, что «гомосексуальность как клиническое явление не существует, а ее формы столь же разнообразны, как формы гетеросексуальности». Британский правительственный Комитет под председательством Джона Волфендена после многолетних обсуждений в 1957 г. рекомендовал не только отменить существовавшее в Англии с 1533 года уголовное наказание за добровольные и совершаемые в частной обстановке гомосексуальные акты между взрослыми мужчинами, но и, вопреки мнению почти всех опрошенных психиатров и психоаналитиков, пришел к заключению, что гомосексуальность не может по закону считаться болезнью, потому что она часто является единственным симптомом и совместима с полным психическим здоровьем в остальных отношениях.

Опираясь на эти научные данные, после долгой внутренней борьбы, Американская психиатрическая ассоциация в 1973 г. исключила гомосексуальность из своего перечня психических болезней и с тех пор, несмотря на сильное давление со стороны фундаменталистов, трижды подтверждала это решение. В 1993 г. в том же направлении пересмотрела свою классификацию болезней Всемирная организация здравоохранения. Международная классификация болезней (10-й пересмотр) (МКБ-10 ) в примечании к разделу F66 «Психологические и поведенческие расстройства, связанные с половым развитием и ориентацией», подчеркивает, что «сама по себе сексуальная ориентация не рассматривается как расстройство». В 1995 г. эту позицию приняла Япония, в 1999 г. – Россия, в 2001 г. - Китай.

Некоторые российские сексопатологи понимают «демедикализацию» гомосексуальности как «отлучение врачей от лечения гомосексуалов». На самом деле слово «демедикализация» означает лишь то, что гомосексуальность (как и сексуальность в целом) перестала быть исключительно медицинской проблемой. За этим, как и за гендерными отношениями, стоит вопрос о власти. Пока гомосексуальность считалась «грехом», судьбу ее носителей вершили священники, когда она стала «преступлением», власть перешла в руки полицейских, а когда ее назвали «болезнью» - в руки врачей. В демократическом обществе, где гомосексуальность секуляризирована, декриминализирована и демедикализирована, геям одинаково безразлично, что о них думают священники, юристы и врачи. Врач может и должен лечить геев, так же , как евреев и «лиц кавказской национальности». Но только от болезней. Ни гомосексуальность, ни еврейство, ни «кавказская национальность» таковыми не являются, «излечивать» их берутся только гомофобы, антисемиты и расисты.

Депатологизация гомосексуальности напоминает судьбу левшества. В прошлом леворукость также считали болезненной и опасной, а левшей - морально развращенными, им приписывали связь с дьяволом, обследования в тюрьмах и психиатрических больницах в конце Х1Х в. "подтвердили", что левши чаще бывают лунатиками, невротиками, имеют преступные наклонности, среди них больше умственно отсталых, заик, эпилептиков и т.д. Врачи, учителя и родители делали все возможное, чтобы подавить в детях это болезненное начало и научить их пользоваться преимущественно правой рукой. Иногда это получалось, чаще - нет, но всегда причиняло много хлопот и мучений. Сегодня эти тревоги кажутся смешными. Хотя леворукость связана с особенностями латерализации полушарий головного мозга и, подобно гомосексуальности, встречается у мужчин вдвое чаще, чем у женщин, причем между этими феноменами есть определенная связь ( вероятность «неправоручия» у геев на 39 % выше, чем у гетеросексуалов), она не сопряжена ни с какими психическими и нравственными отклонениями. Переучивать левшей не надо, они и так могут быть кем угодно, даже чемпионами мира по боксу и теннису.

Представления о социальной и моральной неполноценности геев опровергаются данными социальной статистики. Уровень их образования и дохода нередко выше среднестатистического. По данным национальной переписи США 1990 г., 13 % совместно живущих геев имели образование выше колледжа, а 23.7% окончили колледж (у женатых гетеросексуальных мужчин соответствующие цифры - 10.3 % и 17 %). Районы, в которых предпочитают селиться люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией, ничем не напоминают прежние гетто; нередко недвижимость в них стоит дороже, чем по соседству. По данным проведенного известной фирмой EMNID опроса 15.000 европейцев, геи и бисексуалы лучше образованы и имеют более высокую академическую успеваемость. Европейские геи тратят больше денег на путешествия, больше увлекаются музыкой и литературой, а также проводят на 10% больше времени в Интернете.

Ослабление социальной дискриминации делает представителей сексуальных меньшинств более благополучными, а это, в свою очередь, способствует уменьшению предубежденности и враждебности к ним. Европейское сообщество считает дискриминацию людей по признаку их сексуальной ориентации такой же юридически и морально неприемлемой, как расизм и антисемитизм.

Быстрыми темпами идет процесс легализации и приравнивания однополых сожительств к юридически оформленным гражданским бракам. На первый взгляд, зачем регистрировать однополые, предположительно бездетные, сожительства? Но ведь никто не отрицает права на существование бездетных браков. Число совместно проживающих и ведущих общее хозяйство однополых пар во всем мире быстро растет (раньше переписчики однополые пары игнорировали). Американская перепись 2000 года зафиксировала свыше 600 тысяч однополых домохозяйств (по сравнению с 1990 г. - рост на 300 %), - 1 % общего числа. Официальная регистрация отношений дает партнерам значительные преимущества в плане социального страхования, наследования имущества и т.д. Многие однополые пары имеют детей от прежних браков. Около 15 % совместно живущих женских и 3 % мужских канадских пар сообщили, что воспитывают детей. Что же касается церкви, которая решительно выступает против легализации однополых браков, то она тут ни при чем: речь идет не о церковном, а о гражданском союзе, все социальные льготы оплачиваются за счет налогов, которые геи и лесбиянки платят наравне с остальными гражданами. Чтобы не оскорблять чувства верующих, можно даже не называть этот союз браком.

Первой в 1989 г. однополые “зарегистрированные партнерства” узаконила Дания. Ее примеру последовали Норвегия, Швеция, Исландия и Гренландия, Нидерланды и Финляндия. В Германии с 2001 г. "зарегистрированные партнерства" практически во всем идентичны браку, за исключением названия и возможности совместного усыновления детей. Франция и Бельгия пришли к компромиссному варианту, внеся в гражданское право понятие «пакта гражданской солидарности», который могут заключить между собой "двое взрослых разного пола или одного пола для регулирования их совместной жизни". С 1 апреля 2001 года Нидерланды стали первым в мире государством, предоставившем однополым парам абсолютно такие же права по заключению брака, как и разнополым.

Намечаются сдвиги и в признании права однополых пар на усыновление детей. В большинстве стран это запрещено законом. Однако в феврале 2002 г. авторитетная Американская академия педиатрии опубликовала доклад, одобряющий усыновление и удочерение детей семьями, где оба партнера - представители сексуальных меньшинств. По заключению Академии, такие семьи способны обеспечить детям мирное, здоровое и эмоционально стабильное детство. Это заключение официально поддержали. Американская психиатрическая ассоциация, Американская психоаналитическая ассоциация, Американская ассоциация детских и подростковых психиатров и Американская ассоциация семейных врачей.

Нормализация однополой любви делает ее представителей более видимыми и слышимыми. В западных странах они активно участвуют в публичной жизни, имеют собственные правозащитные организации, проводят ежегодные красочные Гей-прайды (парады геевской гордости) и т.д. Растет и терпимость общественного сознания. Несмотря на то, что большинство американцев считают гомосексуальную ориентацию «неправильной», 85% опрошенных службой Гэллапа людей убеждены в том, что геи и лесбиянки должны пользоваться абсолютно теми же правами, что и другие люди.

Особенно велики сдвиги среди студенческой молодежи. В 1966 г. гомосексуальные отношения считали принципиально допустимыми 37 % немецких студентов и 40 % студенток, а в 1996 г. соответственно 91 % и 94 %.

Однако по всем этим вопросам идет острая политическая и идеологическая борьба.

Сексуальная ненависть

Затравленность и замученность ведь вовсе
не требуют травителей и мучителей, для них достаточно
самых простых нас, если только перед нами — не свой, негр,
дикий зверь, марсиянин, поэт, призрак. Несвой рождён затравленным.
Марина Цветаева

Изменение социального и правового статуса однополых отношений тесно связано с преодолением враждебности к ним в общественном сознании. Это не происходит само собой. Гомофобия, т.е. иррациональный страх перед гомосексуальностью и ненависть к ее носителям объяняется наукой по-разному.

С точки зрения психоанализа, гомофобия - результат скрытых в подсознании гомосексуальных влечений, о которых человек не догадывается или отрицает. Несколько лет назад группа американских ученых попыталась проверить эту теорию экспериментально. Группе из 35 гомофобно и 29 негомофобно настроенных мужчин (уровень гомофобии был заранее измерен), считавших себя исключительно гетеросексуальными, были показаны видеозаписи с гетеросексуальной, мужской гомосексуальной и лесбийской эротикой, причем степень сексуального возбуждения каждого измерялась объективно ( с помощью плетизмографии, измеряющей эрекцию песниса ). При просмотре гетеросексуальных и женских сцен мужчины из обеих групп показали приблизительно одинаковую степень сексуального возбуждения. Зато реакция на сцены мужского секса оказалась разной: 66% мужчин-негомофобов гомосексуальное видео не возбуждало, тогда как 54% гомофобно настроенных мужчин показали явное возбуждение, хотя на словах они существенно занижали степень своего возбуждения.

Не исключено, что это действительно отражает существующие у гомофобов подавленные гомосексуальные влечения. Но возможно и другое теоретическое объяснение: что просмотр гомосексуального видео вызывает у гомофобов отрицательные эмоции (например, тревожность), которые физиологически проявляются в эмоциональном возбуждении, включая эрекцию.

Однако гомофобия, как и другие близкие к ней идеологические системы (антисемитизм, ксенофобия, расизм, сексизм) коренится не столько в индивидуальной, сколько в общественной психологии.

Уровень гомофобии в той или иной стране зависит прежде всего от общего уровня социальной и культурной терпимости, толерантности. Сексуальный, как и всякий иной, плюрализм несовместим с авторитаризмом и нетерпимостью к различиям. С точки зрения тоталитарного сознания, инаколюбящий опасен уже тем, что он - диссидент. Общество, которое пытается унифицировать ширину брюк и длину волос, не может быть сексуально терпимым.

Не менее важный фактор - уровень сексуальной тревожности. Чем более антисексуальной является культура, тем больше в ней сексуальных табу и страхов. А если человек не может принять свою собственную сексуальность, какой бы «правильной» она ни была, наивно ждать от него терпимости к другим.

Гомофобия – плоть от плоти сексизма и гендерного шовинизма. Ее главная социально-историческая функция - поддержание незыблемости гендерной стратификации, то-есть системы отношений между мужчиной и женщиной, основанной на принципе мужской гегемонии. В свете этой идеологии независимая женщина - такое же извращение, как однополая любовь. Гомофобия направлена не только против женщин и геев. Она освящает и укрепляет иерархический характер мужских сообществ и право «настоящих» мужчин господствовать над «ненастоящими». Культ агрессивной маскулинности помогает поддерживать иерархические отношения в самом мужском сообществе. Как пишет американский социолог Майкл Киммел, гомофобия выражает страх не столько перед гомосексуалами, сколько перед другими мужчинами вообще, «страх, что другие мужчины могут разоблачить нас, лишить мужского достоинства, показать нам самим и всему миру, что мы «не тянем», что мы не настоящие мужчины”. Характерно, что женщины относятся к гомосексуальности значительно терпимее мужчин.

Психологически за гомофобией стоит общая, в том числе сексуальная, неуверенность в себе. Даже успех у женщин некоторым мужчинам важен не столько сексуально, сколько социально, как доказательство собственного превосходства над другими мужчинами. Всячески культивируемая ненависть к "гомикам" - средство поддержания мужской групповой солидарности. Некоторым подросткам участие в «охоте» на геев служит чем-то вроде ритуала взросления, средством повысить свой авторитет в группе и, возможно, преодолеть собственную латентную гомосексуальность. Самыми рьяными гомофобами обычно бывают мужчины, которым есть что скрывать, или которых подозревают в гомосексуальности. В предельных случаях это действительно напоминает фобию и требует психиатрического вмешательства.

Степень гомофобии сильно зависит от того, как относится к сексуальности традиционная идеология, особенно религия, и от общего уровня образованности и культуры общества. Хотя образованность сама по себе не избавляет людей от предрассудков и предубеждений, при прочих равных условиях, она облегчает их преодоление. Мировые и отечественные данные однозначно свидетельствуют, что более образованные и более молодые люди относятся к нетрадиционным формам сексуальности, как и иным проявлениям индивидуальности, значительно терпимее отстальных.

Нельзя забывать и о значении ситуативных социально-политических факторов. Как и все прочие социальные страхи, фобии и формы групповой ненависти, гомофобия усиливается в моменты социальных кризисов, когда влиятельным политическим силам нужен зримый враг или козел отпущения, вокруг которого легко создать атмосферу моральной паники, направив на него массовую ненависть, под предлогом спасения национальных ценностей и укрепления единства народа перед лицом внешнего врага: хорошие, правильные “мы” против плохих, неправильных “они”.

Именно это происходит сегодня в России.

В родных пенатах

А надо вам заметить, что гомосексуализм изжит в нашей стране
хоть и окончательно, но не целиком. Вернее, целиком, но не полностью.
А вернее даже так: целиком и полностью, но не окончательно. У публики
ведь что сейчас на уме? Один только гомосексуализм.
Венедикт Ерофеев

В 1990-х годах, в рамках общей демократизации страны, однополая любовь была юридически нормализована. В 1993 г. была отменена статья 121 Уголовного кодекса, по которой любой добровольный акт мужеложества карался длительным тюремным заключением. Эта статья часто использовалась также для расправы с политическим инакомыслием. В 1999 г. был отменен и одиозный психиатрический диагноз, российская медицина приняла в этом вопросе нормы мирового медицинского сообщества.

Это существенно улучшило социальное положение сексуальных меньшинств, которые стали видимы и слышимы. Гомосексуальность стала модной в шоу-бизнесе, некоторые звезды поп-культуры ею даже бравируют, что вызывает тревогу и возмущение у представителей старших поколений. Однако все это, как и вообще трактовка сексуальности в российских СМИ, выглядит вызывающе и безвкусно. Речь идет не о сложных человеческих чувствах и отношениях, а об экзотическом и вульгарном сексе. Поп-звезды и политики постоянно обвиняют друг друга в «голубизне», причем отличить рекламу от диффамации практически невозможно. Даже обсуждение серьезных вопросов, вроде однополых браков, сводится на-нет тенденциозным видеорядом, сценами беснующихся полуголых людей. При желании, точно такими же сценами гетеросексуальных «парадов любви» можно обосновать ненужность не только однополых браков, но и института брака как такового: « Вы видите этих людей? Разве они способны к серьезным отношениям?!»

Дешевой гомо- ( как и всякой прочей) эротики и гомофобского пиара в России много, а ни одного закона, который защищал бы гражданские и человеческие права сексуальных меньшинств, нет. Отношение россиян к однополой любви остается консервативным и неоднозначным.

В репрезентативном экспресс-опросе ВЦИОМ в феврале 2001 г. был такой вопрос: «Люди очень по-разному относятся к гомосексуалистам и лесбиянкам. Как Вы лично думаете, это - …». Ответ «распущенность, вредная привычка» выбрали 36 % опрошенных, «болезнь или результат психической травмы» - 31 %, «сексуальная ориентация, имеющая равное с обычной право на существование» - 20 %, «признак особой одаренности, таланта» - 1 %, «затрудняюсь ответить» – 12 %. То есть общество в целом воспринимает гомосексуальность негативно. Однако в младшей возрастной группе 18 — 39-летних «терпимый» вариант выбрали 31%, а среди людей старше 55 лет — меньше 4%.

Даже не одобряя гомосексуальность, большинство молодых и более образованных россиян не склонны дискриминировать ее носителей. При репрезентативном опросе в 1996 г. 18 -74 летних петербуржцев, с мнением «Гомосексуальные отношения между взрослыми людьми – это их личное дело, государственным властям и закону не следует в это вмешиваться» полностью и в значительной степени согласились почти 53 % опрошенных мужчин и 56 % женщин, а в младшей возрастной группе (от 18 до 34 лет) – соответственно 65 и 70 %; совсем не согласны с этим суждением в данной возрастной группе 9.7 % мужчин и 5.9 % женщин. Особенно остро стоит эта проблема в подростковой среде. .

При опросе в 1997 г. большой группы учащихся 7-9 классов с суждением “Гомосексуальные отношения не должны осуждаться, это личное дело каждого” полностью согласились 37.7 % мальчиков и 53 % девочек, скорее согласны, чем не согласны, - 17 % и 19 %, несогласны 24.4 % мальчиков и 10.4 % девочек, затруднились ответить 20.7 % и 17.2 %. Подростки в этом вопросе значительно, в 2-3 раза, терпимее своих родителей и учителей.

При анкетном опросе в 2001 г. 1429 московских школьников 7, 9 и11 классов на вопрос «Как вы относитесь к людям нетрадиционной сексуальной ориентации?», 37.5 % опрошенных сказали, что «эти люди ничем не отличаются от остальных» и 28.8 % - что «безразличны к ним». То есть две трети подростков относятся к геям и лесбиянкам терпимо. В то же время 24.9 % юношей сказали, что они «ненавидят людей нетрадиционной ориентации и считают, что с ними нужно бороться любыми способами» (среди девушек так ответили только 2.7 %), а 12.8 % юношей и 5.1 % девушек сказали, что эти люди их «раздражают» и «их нужно принудительно помещать в специализированные учреждения». То есть 37.7 % юношей относятся к геям абсолютно нетерпимо. При этом возрастная динамика гомофобии у юношей и девушек противоположна: доля мальчиков, испытывающих ненависть к гомосексуалам, увеличивается с 18.1 % в седьмом до 30.7 % в одиннадцатом классе, а доля девочек, которые «спокойно» относятся к ним, напротив, вырастает с 33.9 % до 69.4 %.

Высокий уровень гомофобии в России не является чем-то спонтанным. Изучая динамику социальной терпимости в стране, ВЦИОМ несколько раз, в 1989, 1994, 1999 и 2003 гг., опрашивал население об отношении к различным отрицательно оцениваемым группам, включая наркоманов, проституток, больных СПИДом, бродяг, алкоголиков, религиозных сектантов и гомосексуалистов. Данные по последней группе приведены в следующей таблице.

Как следовало бы поступить с… гомосексуалистами
1989 1994 1999 2003
Ликвидировать 31 22 15 21
Изолировать от общества 32 23 23 27
Оказывать помощь 6 8 16 6
Предоставить их самим себе 12 29 29 34

В 1989 г. гомосексуалисты были самой ненавидимой из этих групп. В последующие годы гомофобия заметно ослабела, но в 2003 г. она, как и враждебность к большинству других «неодобряемых» групп, снова резко усилилась (на 6% за «ликвидацию» и на 4 % за «изоляцию»). По степени вызываемой ими ненависти геи уступают только членам религиозных сект и наркоманам.

Отчасти, как пишет Юрий Левада, это «явный признак неспособности власти и элиты предложить общественному мнению цивилизованные средства решения соответствующих проблем». Отчасти – следствие антигеевской пропаганды, которую систематически ведут клерикальные, коммунистические и шовинистические организации и средства массовой информации.

Это не локальные процессы. Рост ксенофобии, враждебности к «обобщенным чужим» распространяется также на иностранцев и инородцев. В 2003 г. 58% опрошенных сказали, что испытывают раздражение, неприязнь или страх по отношению к «выходцам из южных республик», проживающим в их городе, районе. 66% (против 22%) одобрили бы ограничение переезда «нерусских народностей» на территорию России, а 58% (против 22%) - за то, чтобы запретить пребывание в своем городе или районе «приезжих с Кавказа».

Это озверение - не только словесное. Все более частые безнаказанные уличные расправы и убийства «небелых» студентов и выходцев с Кавказа и Средней Азии, которые власти пытаются квалифицировать как простое хулиганство, наглое убийство известного петербургского ученого и правозащитника Николая Гиренко и другие подобные факты свидетельствуют о том, что фашистская угроза в России усиливается. Но если применительно к национальным меньшинствам власти хотя бы словесно осуждают «экстремистов», то дискриминация и диффамация сексуальных меньшинств не находят в стране никакого отклика. Предложение дополнить статью 282 Уголовного кодекса «Возбуждение ненависти или вражды, а равно унижение человеческого достоинства» запрещением возбуждения сексуальной ненависти (такие законы есть во многих западных странах) Дума почти единодушно отклогила .

Весной 2002 г. фракция «Народный депутат» даже внесла в Думу законопроект о восстановлении уголовного наказания за мужеложество, по образцу статьи 121. В последующие месяцы в прессе и по телевизионным каналам на сексуальные меньшинства было вылито больше ненависти и грязи, чем за несколько прошлых десятилетий. Мы «узнали», что гомосексуальность – легко излечимая болезнь, а тех, кто не хочет лечиться, нужно держать в тюрьме; что геи психически неполноценны, безответственны и агрессивны; что они развращают и насилуют детей; что они преобладают среди наркоманов (или наоборот, среди них преобладают наркоманы); что они – главные разносчики СПИДа; что брезгливый российский депутат никогда не пожмет руку гомосексуальному мэру Парижа или Берлина, и т.д. и т.п.

Хотя эта акция, поддержанная РПЦ, способствовала усилению гомофобии, пройти в новую Думу она «народникам» не помогла, а их законопроект был в конце мая 2004 г. отклонен. За него организованно проголосовали только коммунисты, еще раз подтвердившие этим свою тоталитарную сущность (первым в их списке стоит академик Жорес Алферов), да несколько депутатов от «Единой России» и «Родины», всего 58 человек. Но еще меньше - всего 34 депутата! - проголосовали против и один воздержался. Большинство – 294 депутата - провалили позорный законопроект, не приняв участия в голосовании.

Может быть «отказники» выразили этим жестом свое презрение к «несерьезному» законопроекту? Гораздо вероятнее, что отказ от голосования продиктован страхом. Одни депутаты боятся, что их заподозрят в симпатии к геям или, еще того хуже, в «голубизне», а другие охотно проголосовали бы «за», но испугались, как на них после этого посмотрят в Европе. Не знаю, какой из этих мотивов лучше, но уважения к законодателям такое поведение не прибавляет.

© И.С. Кон


 
Информационная медицинская сеть НЕВРОНЕТ
тонус матки при беременности