СЕКСОЛОГИЯ 
  Персональный сайт И.С. КОНА 
 Главная страница  Книги  Статьи  Заметки  Кунсткамера  Термины  О себе  English 

ВКУС ЗАПРЕТНОГО ПЛОДА: Сексология для всех

Содержание книги

Точно знают, только когда мало знают;
вместе со знанием растёт сомнение.
Иоганн Вольфганг Гёте

На стыке наук

Никакая наука не может развиваться, не имея исследовательских центров, кафедр и журналов. Уже в конце XIX - начале XX века в Италии и Германии начали выходить первые журналы по сексопатолог™, а затем и по общей сексологии. В 1913 году было основано Международное общество сексологических исследований во главе с Молем.

Развитие сексологии было тесно связано с общими тенденциями общественного мнения и социальными движениями. В 1921 году Хиршфельд организовал в Берлине первый Международный конгресс сексуальных реформ. В 1928 году на съезде в Копенгагене была основана Всемирная лига сексуальных реформ, первыми президентами которой были последовательно Эллис, Форель и Хиршфельд. Лига выдвигала целый ряд прогрессивных требований: политическое, экономическое и сексуальное равенство мужчин и женщин; освобождение брака и развода из-под власти церкви; развитие полового просвещения и отмена законов, запрещающих противозачаточные средства и аборты;

охрана прав незамужних матерей и "незаконных" детей и т. д. Советский Союз также был представлен в Лиге; ее пятый конгресс планировалось провести в 1931 году в Москве, однако по неизвестным причинам он не состоялся; последний конгресс состоялся в 1932 году в Брно. Мировой экономический кризис и установление в ряде стран фашистских диктатур сделали дальнейшую работу Лиги невозможной. В послевоенные годы развитие сексологии ускорилось. Как и всякая другая наука, сексология начинала со спекулятивных общих теорий. Затем ее подходы и методы специализировались, разделяясь между соответствующими отраслями науки. Сначала возникла репродуктивная биология, затем сексологическая клиника и психология сексуальности (в рамках психоанализа). После Кинзи популярность приобрели массовые, тесно связанные с социологией, статистические исследования.

Главной задачей сексологии 1940-1960-х годов было преодоление дилетантизма, накопление достоверных, тщательно проверенных научных фактов. Это было возможно только в рамках строгой научной специализации, когда каждая наука пользуется своими собственными методами, не особенно заботясь о том, что делают соседи, которые могли еще и не выйти на близкие предметы и рубежи.

Специализированный, монодисциплинарный подход дал блестящие научные результаты. Генетика выработала строгие и вместе с тем сравнительно простые методы определения хромосомного пола; открытие ряда генетических аномалий позволило начать систематическое изучение самых глубоких скрытых детерминант половой дифференциации и их влияния на половые различия вообще и на сексуальное поведение людей и животных в частности. Эндокринологи научились измерять уровень половых гормонов и их влияние на половую дифференциацию организма, особенно в зародышевой фазе развития; широко изучается влияние гормонов на психику и поведение, в том числе сексуальное поведение животных и человека. Нейрофизиологи обнаружили, что половая дифференциация затрагивает не только репродуктивную систему организма, но и его мозг. Эмбриология выявила закономерности половой дифференциации в утробном периоде развития, а эволюционная биология - филогенетические закономерности и специфику репродуктивного поведения у разных видов животньк.

Современная сексология немыслима без таких наук, как цитогенетика, молекулярная биология, нейрохимия, психоэндокринология, иммунология, этология, психофизиология и целый ряд других биолого-медицинских дисциплин.

Развитие биомедицинской сексологии имело важные практические и теоретические последствия. Американский медицинский психолог Джон Мани, изучая развитие детей с разными гормональными нарушениями, прояснил соотношение биологических и социальных факторов психосексуального развития и выявил основные стадии и закономерности этого процесса. Профессор сравнительной психологии Фрэнк Бич положил начало систематическому сравнительному изучению сексуального поведения животных и человека.

Подлинной революцией в сексологии явилась книга американских ученых гинеколога Уильяма Мастерса и психолога Вирджинии Джонсон "Человеческая сексуальная реакция" (1966). До Мастерса и Джонсон сексологическая клиника, как правило, имела дело с одиночками. Врачи лечили мужчин от импотенции, а женщин - от фригидности, давали консультации по вопросам половой жизни, но сексуальный партнер пациента или пациентки привлекался лишь эпизодически. Как фактически происходит половой акт и каковы психофизиологические реакции партнеров друг на друга на разных стадиях копулятивного цикла (совокупления), ученые знали лишь по собственному опыту да по рассказам друзей или пациентов. Но можно ли объективно судить только по самоотчетам?

Особенно загадочной была физиология женского оргазма, который в отличие от мужского совершается в глубине организма и недоступен для глаз. А не зная физиологии женского оргазма, как добиться желанной согласованности мужских и женских сексуальных реакций, чтобы оба партнера одновременно получали максимальное удовлетворение?

О лабораторном исследовании полового акта мечтал уже Кинзи, хотя самая мысль об этом казалась кощунственным нарушением вековых норм стыдливости. Но так ли универсальны эти нормы? Этнографы и медики знали немало случаев совершения полового акта на глазах у многочисленных зрителей. Так почему не в лаборатории?

Мастерc заинтересовался этой проблемой еще на студенческой скамье. Но учителя предостерегли его, что за столь рискованное дело можно взяться только при трех условиях: быть человеком зрелого, не моложе 40 лет, возраста; иметь солидную профессиональную репутацию в другой, смежной области знания; пользоваться финансовой и моральной поддержкой крупного университета. Эти условия, кроме первого (ему было 38 лет), Мастерс выполнил к 1954 году, когда совместно с В. Джонсон приступил к осуществлению "Проекта исследования пола" под эгидой медицинского факультета университета имени Вашингтона в Сент-Луисе (в 1964 году он основал в Сент-Луисе на частные средства собственный Исследовательский институт репродуктивной биологии, работающий и сегодня).

Мастерc и Джонсон начали с того, что просили своих друзей и университетских коллег направлять к ним людей, готовых подвергнуться сексологическому обследованию. Пришедших 1273 добровольцев детально опросили об их сексуальной жизни (вопросы были в основном те же, что у Кинзи). Подробные интервью позволили ученым лично познакомиться с испытуемыми, установить с ними доверительный контакт и тактично отсеять тех, кто по каким-либо причинам не подходил для дальнейших исследований. После заполнения сексуальных историй и обсуждения связанных с ними проблем испытуемые подвергались тщательному медицинскому, в том числе сексологическому обследованию. Для эксперимента были отобраны 382 женщины и 312 мужчин (296 супружеских пар, остальные неженатые) в возрасте от 18 до 78 лет. Им дали привыкнуть к лабораторной обстановке и познакомили с функциями всех приборов, после чего отобранные пары совершали серию половых актов, причем все их физиологические реакции и состояние (артериальное давление, кожные реакции, набухание половых органов, сосков и т. д.) тщательно объективно фиксировались. Проводились также эксперименты мастурбационного типа, например, женщины мастурбировали искусственными половыми членами разных размеров, а встроенная в эти приборы электроника фиксировала физиологические реакции испытуемых. В общей сложности Мастерс и Джонсон наблюдали 7500 законченных женских и 2500 мужских сексуальных циклов. Хотя лабораторные условия сказывались на сексуальных реакциях испытуемых (у мужчин нарушений было больше, чем у женщин), полученные результаты были исключительно важны.

Впервые были объективно описаны и сформулированы основные фазы копулятивного цикла: 1) возбуждение, 2) "плато", когда половое возбуждение уже не нарастает, но поддерживается на определенном уровне, 3) оргазм и 4) "разрешение", снятие напряжения,- и особенности их протекания у мужчин и женщин. Разумеется, наличие таких или подобных фаз было известно уже в древности и не раз описывалось в литературе, но никто до Мастерса и Джонсон не мог подробно описать копулятивный цикл как систему парного взаимодействия.

В связи с этим были опровергнуты или поставлены под вопрос многие традиционные представления и мифы. Например, длина полового члена, которую обыденное сознание считает одним из главных факторов маскулинности и сексуальной эффективности мужчины, оказалась не столь важной. Существенно обогатилась физиология женского оргазма (какие мышцы в нем участвуют).

Мастерс и Джонсон положили начало многочисленным экспериментальным исследованиям отдельных физиологических параметров сексуальных реакций (пульс, артериальное давление, электрокардиограммы, энцефалограммы и др.). Совершенствование медицинской аппаратуры, появление новых эректометров, миниатюрных магнитофонов и т. д. позволяет сегодня фиксировать сексуальные реакции самим испытуемым.

Огромное практическое значение имели разработанные Мастерсом и Джонсон и принятые в большинстве клиник мира принципы парной сексотерапии, облегчающей взаимную адаптацию партнерской пары*.

Работы Мастерса и Джонсон сразу же получили научное признание, хотя и не без оговорок. Социологи подчеркивали специфический и ограниченный характер выборки американских исследователей, указывая, что полученные при этом результаты могут и не подтвердиться в других социальных средах. Врачи-психиатры и гинекологи возражали против упрощенной трактовки женского оргазма, ссылаясь на то, что сами женщины фиксируют его компоненты тоньше, чем физиологическая аппаратура (справедливость этой критики позже подтвердилась).

Психологи отмечали, что "сексуальные реакции", изученные американскими учеными, это простейшие биосексуальные, психофизиологические реакции, которые можно зафиксировать объективными, физиологическими методами. Сексуальное поведение человека к ним не сводится. Известный американский психолог Абрахам Маслоу, приветствуя труд Мастерса и Джонсон, призывал дополнить его исследованиями сексуальности в более широком контексте эмоциональных, любовных, личностных отношений и в связи с трансцендентными, мистическими переживаниями, когда физическая близость воспринимается как священный акт. Это, конечно, невозможно в лаборатории.

В изучение пола и сексуальности активно включились общественные и гуманитарные науки - социология, история, этнография, фольклористика. Выдающийся английский этнограф Бронислав Малиновский еще в 1920-х годах опубликовал крупные работы о сексуальной жизни народов Меланезии. Широкую известность приобрели книги американского этнографа Маргарет Мид "Пол и темперамент в трех примитивных обществах" (1935) и "Мужчина и женщина" (1955). Советские этнографы В. Г. Бо-гораз и Л. Я. Штернберг были пионерами в изучении полового символизма у народов Севера и Сибири. Ленинградские филологи В. Я. Пропп и О. М. Фрейденберг выявили наличие символической взаимосвязи между сексуальностью, смехом, едой и смертью. М. М. Бахтин книгой "Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса", написанной до войны, но опубликованной только в 1965 году, положил начало изучению так называемой "карнавальной культуры" и телесного канона.

До второй мировой войны такие исследования были редкими и разобщенными. Но в 1951 году американские ученые этнограф Клелланд Форд и психолог Фрэнк Бич в книге "Образцы сексуального поведения" статистически сопоставили нормы сексуального поведения, принятые в 190 разных человеческих обществах, друг с другом и с поведением разных видов животных. Это стимулировало дальнейшие сравнительно-этнографические и исторические исследования, доказавшие чрезвычайное многообразие и пластичность человеческой сексуальности, явно несводимой к законам биологии.

Опираясь на эти данные, американские социологи Джон Гэньон и Уильям Саймон в книге "Сексуальное поведение: социальные источники человеческой сексуальности" (1973) пришли к выводу, что надо говорить не просто о "влиянии" культуры на сексуальность, а о социокультурном конструировании сексуального поведения и мотивации, так как даже само разграничение "сексуального" и "несексуального" является условным.

Французский философ Мишель Фуко в книге "История сексуальности" (1976) пошел еще дальше, утверждая, что история сексуальности - не просто эволюция способов социального регулирования одного и того же сексуального "влечения", "инстинкта" или "потребности", а процесс постоянного создания и переконструирования новых социально-психологических реальностей. Сексуальное поведение и чувства людей производны от норм и ценностей конкретных обществ и культур и не могут быть поняты отдельно от них.

Социокультурный подход повлиял и на психологию сексуальности. В изучение сексуального поведения и мотивации ныне вовлечены все разделы и отрасли психологии. Психофизиология изучает закономерности половой дифференциации нервной системы и регулирование сексуальных реакций, дифференциальная психология - индивидуальные особенности сексуального поведения, психология развития - специфику сексуальности на разных стадиях жизненного пути, когнитивная психология - познавательные и информационные процессы, психология эмоций - природу сексуально-эротических переживаний, а социальная психология - особенности партнерских отношений, психологической интимности, симпатии и т. д.

В целом современная сексология напоминает равносторонний треугольник, первую сторону которого образуют биолого-медицинские, вторую - социокультурные и третью - психологические исследования.

Большинство сексологических исследовательских центров, научных обществ (самое авторитетное из них - Международная академия сексологических исследований, основанная в 1975 году) и журналов строятся на междисциплинарной основе.

Однако этого недостаточно. Слово "сексология" большей частью ассоциируется с медициной, прикладными исследованиями и консультативной службой. Многие авторитетные ученые, занимающиеся фундаментальными проблемами пола и сексуальности, называют себя не сексологами, а по своей основной специальности - физиологами, эндокринологами, антропологами, социологами, психологами и т. д. Меняется и соотношение разных теоретических подходов.

Хотя на Западе много сексологических центров, почти все они существуют на базе психиатрических клиник, институтов по изучению репродуктивного поведения (деторождение) или центров планирования семьи. С эротологией, изучающей сексуальное воображение, желание и культуру, дело обстоит гораздо хуже.

Рассказать о своем сексуальном поведении, при некоторой доверительности, может практически каждый. А мастурбационные фантазии? Не тут-то было. Чтобы стать специалистом в области эротологии, надо, помимо клинического опыта, осмыслить массу исторических, этнографических, культурологических данных, историю эротического искусства и порнографии, часто запретных, находящихся за семью печатями.

Поворот от биомедицинской сексологии к эротологии, который отчетливо виден сегодня, имеет свои социальные причины и связан с тем, что в разговор о сексуальности включились новые социальные и профессиональные группы, голос которых был раньше не слышен.

Прежде всего, это женщины. Классическая сексология, как и многие другие дисциплины, была преимущественно, а то и исключительно мужской наукой. Женщина выступала не как равноправный партнер, а скорее как объект или средство мужского наслаждения. Да и ученых-мужчин было гораздо больше. Как только женщины обрели голос, стало ясно, что мужской взгляд на сексуальность односторонен. Даже классическая схема стадий половой близости (предварительные ласки, возбуждение, оргазм, завершающие ласки) фактически выражает мужскую точку зрения, отождествляющую оргазм с семяизвержением. У женщин процесс протекает иначе. А поскольку женские переживания тоньше и разнообразнее мужских, знакомство с ними не только облегчает партнерские отношения, но и обогащает палитру мужских эротических переживаний.

Существенный вклад в понимание сексуальности внесли сексуальные меньшинства, геи и лесбиянки. Разумеется, однополая эротика отличается от разнополой. Но изучение однополой любви, как ничто другое, помогло ученым понять, что сексуальность нельзя выводить из функции продолжения рода, что она имеет множество других функций.

Очень сильное, хотя и противоречивое, влияние на современные сексологические исследования оказывает эпидемия СПИДа. С одной стороны, она вызвала в массовом сознании возрождение иррациональных страхов и нетерпимости, болезнь стала казаться карой за греховный секс. С другой стороны, забота о "безопасном сексе" заставляет обращать больше внимания на культурные и этнические вариации сексуального поведения и его мотивов.

Не понимая и не уважая людей, до которых вы хотите достучаться, невозможно изменить их поведение. С вовлечением в изучение сексуальности профессиональных социологов, антропологов и этнографов эти исследования стали из любительских профессиональными. В результате появились новые вопросы и новая, более совершенная методология.

Отсюда - общая теоретико-методологическая переориентация сексологических исследований.

1) Опасливо-настороженное отношение к сексуальности, как к чему-то отрицательному, требующему жесткого внешнего контроля и отпускаемому строго по рецепту, сменяется положительным. Сексуальное наслаждение, при соблюдении определенных правил гигиены и уважении к законным правам окружающих людей,- неотъемлемое право личности.

2) В биологически ориентированных теориях сексуальные реакции и эротические переживания рассматривались как производные от репродуктивной функции: удовольствие как стимул и поощрение к продолжению рода. Однако не только у человека, но и у животных сексуальность выполняет множество разных, автономных, подчас противоречащих друг другу функций, среди которых центральное место занимает именно получение удовольствия. Будучи самоценной, эротика, если только она не нарушает интересов третьих лиц, не нуждается ни в обосновании, ни в оправдании, а только в понимании.

3) Сексуальность является не единообразной, жесткой, одинаковой у всех и для всех, а множественной, индивидуальной, текучей. Пища одного человека - яд для другого. Надо говорить не о сексуальности, а о сексуальностях. Мужчина и женщина, подросток и взрослый, молодой и старый, представители разных поколений, народов, религий, этнических и социальных групп, носители разных индивидуальностей являются и имеют право быть разными.

4) Отсюда - все более критическое отношение к жесткой нормативности, все равно - морально-религиозной или медицинской. "Доктор, сколько раз в неделю я должен трахаться? Какова нормальная длина полового члена? Какие эротические игры нормальны, а какие нет?" - люди постоянно задают эти и подобные вопросы. Но гигиенические нормы не всегда совпадают с эстетическими, а статистически распространенное - не всегда правильное или лучшее. Консультант советует, помогает, но не решает за своего клиента.

5) Индивидуализация сексуальности означает перенос центра тяжести с анализа ее объективных функции,- чему служит то или иное сексуальное действие, на изучение ее субъективных значении и смыслов,- что оно значит для кого-то?

6) Соответственно, если раньше ученые старались зафиксировать сексуальное поведение (кто, с кем, что, как часто и т. п. делает), то теперь внимание переместилось на изучение эротического воображения и мотивации - зачем и почему? А для этого нужны гораздо более тонкие методы.

7) С изменением тематики и проблематики упрощенные биолого-медицинские теории и модели сексуальности уступают место более сложным и тонким социологическим, культурологическим и психологическим моделям. Это не значит, что биологию можно забыть. Она продолжает делать важные открытия. В последние годы появились, например, важные новые данные о возможной генетической обусловленности гомо- и бисексуальности. Однако, как писал выдающийся польский писатель-фантаст Станислав Лем, "ни разросшаяся до звезд психофармакология, ни биология секса, ни какая-нибудь другая отрасль науки, "приписанная" к определенным телесным феноменам, ничего не подскажут касательно великих решений, подобных перестройке нормативных систем культуры... Знание, которое здесь необходимо - это знание о системе оптимизации внутрикультурных ценностей. Его только предстоит "выковать" в антропологических исследованиях".

К сожалению, наша страна в этих вопросах сильно отстала. В начале 1930-х годов сексологические исследования в СССР были практически прекращены и запрещены. В 1960-х годах их пришлось начинать с нуля. Как и на Западе, пионерами в этом деле были медики - Н. В. Иванов, В. И. Здравомыслов, И. М. Порудоминский, П. Б. Посвянский, 3. В. Рожановская, А. М. Свядощ и другие. Помимо трудностей идеологического порядка, сильно мешала междисциплинарная разобщенность: урологи, гинекологи, эндокринологи и психиатры не понимали, да и сейчас не особенно хотят понимать друг друга.

Важную роль в становлении отечественной сексологии сыграл Г. С. Васильченко, под руководством которого отдел сексопатологии Московского НИИ психиатрии в 1973 году получил статус Всесоюзного научно-методического центра по вопросам сексопатологии. Г. С. Васильченко последовательно отстаивает идею, что сексопатология является самостоятельной клинической дисциплиной. С этой позиции написаны первые советские руководства для врачей "Общая сексопатология" (1977) и "Частная сексопатология" (1983).

В Ленинграде в 1973 году по инициативе А. М. Свядоща была создана первая хозрасчетная консультация "Брак и семья". Но когда на первом методическом совете А. М. Свядощ сказал, что собирается рассказать молодоженам об основных сексуальных позициях, последовало возражение: как можно говорить такие вещи невинным девушкам! Позвольте, сказал профессор, даже если наша невеста и вправду невинна и ни о чем таком даже не слышала, на брачном ложе ей все равно придется принять какую-то позу, так почему не научить ее заранее? Но если мы это сделаем, возразил оппонент, нас могут обвинить в пропаганде порнографии. И говорил это не партийный функционер, а крупный профессор-психотерапевт.

Ленинградские психиатры Д. Н. Исаев и В. Е. Каган начали систематическое изучение детской и подростковой сексуальности и написали руководство для врачей "Психогигиена пола у детей" (1986). Эндокринолог А. И. Белкин больше 20 лет занимается проблемами смены пола и т. д.

Однако сексопатологам не может успешно развиваться без изучения нормальной сексуальности, а здесь запреты были еще более жесткими. Мой аспирант С. И. Голод по собственному почину - я предупреждал его, что в советских условиях эта тема "недиссертабельна" и даже опасна,- уже в 1960-х годах провел несколько социологических опросов о сексуальном поведении и установках советской молодежи. Но когда в 1969 году диссертация была представлена к защите, сначала Ленинградский обком КПСС, а затем ЦК ВЛКСМ обвинили Голода в "идеологической диверсии против советской молодежи", и защита не состоялась. Голоду пришлось написать другую диссертацию - о работающих женщинах, у которых, понятно, секса нет. Вообще сексуальное поведение - это самая большая наша государственная тайна. О расположении и начинке военных баз знает хотя бы Генеральный штаб, а об этой стороне жизни - никто. Сколько-нибудь грамотных психологических исследований по вопросам сексуальности в стране также нет и по сей день.

С крушением советской власти рухнули и ее нелепые идеологические запреты. Но для развития науки отсутствия запретов мало, нужны также средства и подготовленные специалисты. Для подготовки врачей-сексологов в конце 1980-х годов были созданы первые кафедры сексологии в Ленинградском и Харьковском институтах усовершенствования врачей и специальный курс в Центральном, московском, ГИДУВе. Однако ни в медицинских, ни в педагогических институтах, которые теперь называются университетами или академиями, сексология по-прежнему не преподается или же читается в порядке личной инициативы отдельных энтузиастов.

Наиболее предприимчивые врачи-сексопатологи разбрелись по разным кооперативам и частным компаниям. Частная практика дает им средства к существованию, но отсутствие какого бы то ни было профессионального контроля за их деятельностью явно не повышает ее уровень.

Попытки восполнить развал государственных структур профессиональными ассоциациями также провалились. В 1991 г. в СССР было создано сразу две сексологические ассоциации, одна с резко выраженным медицинским, а вторая, "Сексуальность и культура" с более широким, психолого-педагогическим уклоном. Хотя обе ассоциации обещали координировать усилия, развивать науку и т. п., первая, с центром в Киеве, сумела только провести три научно-практические конференции, а второй, российской, не удалось даже этого - нет денег...

© И.С. Кон


Aport Ranker
Создание и поддержка сервера - ИМС НЕВРОНЕТ
Вопросы и пожелания
Информационная медицинская сеть НЕВРОНЕТ
Hosted by uCoz