СЕКСОЛОГИЯ 
  Персональный сайт И.С. КОНА 
 Главная страница  Книги  Статьи  Заметки  Кунсткамера  Термины  О себе  English 

ВКУС ЗАПРЕТНОГО ПЛОДА: Сексология для всех

Содержание книги

Конечно, женщина есть женщина
и мужчина есть мужчина,
но неужели всё это так же просто в наше время,
как было до потопа, и неужели я, культурный человек,
одарённый сложною духовною организацией,
должен объяснять своё сильное влечение к женщине
только тем, что формы тела у неё иные, чем у меня?
А. П. Чехов

Пол и сексуальность

Что же такое "сексуальность"? В ранних сексологических теориях этого термина не было, его заменяло понятие "полового инстинкта". Понятие это крайне неопределенно.

Одни авторы, от Лютера и Монтеня до французского ученого конца XIX века Шарля Фере, считали, что половой инстинкт - это потребность организма освобождаться от продуктов деятельности половых желез, то есть от семени. Семяизвержение физиологически очень похоже на мочеиспускание или испражнение. Но как объяснить женскую сексуальность?

Другие авторы говорят о "репродуктивном инстинкте", потребности продолжения рода, которая свойственна обоим полам. Но как объяснить формы сексуальности, заведомо не связанные с деторождением - мастурбацию или гомосексуальность?

Фрейд говорит о двух базовых инстинктах - жизни и смерти. Что же касается собственно полового влечения, желания (латинское слово "либидо" обозначает именно это), то в его основе лежит потребность в удовольствии. В своей сознательной деятельности человек руководствуется принципом реальности, либидо же принадлежит к сфере бессознательного, где царит принцип удовольствия. Вопрос в том, как сочетать эти начала.

Чтобы понять биологические детерминанты человеческой сексуальности, необходимо рассмотреть ее исторически, в филогенезе.

Филогенез сексуального поведения - яркий пример восхождения от жестко запрограммированного инстинктивного поведения к гибкому и избирательному. По своему происхождению сексуальное удовольствие - средство стимулировать деторождение, награда за тяжкий труд зачатия и порождения новой жизни. Но в дальнейшем сексуальность отделилась от репродуктивного поведения, стала самоценной.

Автономизация сексуального поведения от репродуктивной функции чрезвычайно увеличивает многообразие его форм. Оно становится более избирательным, селективным и требует индивидуального научения. Низшие животные, выращенные в изоляции, достигнув половой зрелости, без особого труда осваивают характерную для их вида технику спаривания. У собак дело обстоит сложнее. В опытах ленинградских физиологов В. В. Антонова и М. М. Хананашвили выяснилось, что щенки, выращенные в полной изоляции от сверстников, не могли успешно спариваться, так как не имели необходимых технических навыков копуляции.

Еще более впечатляющими были опыты американского психолога Гарри Харлоу с обезьянами-резусами, выращенными без общества сверстников. Обследование гениталий и имитация полового акта занимают важное место в играх всех высших животных, не исключая и человека. Лишенный этой возможности детеныш не может своевременно овладеть основными приемами копулятивной техники. Кроме того, эти обезьяны отстают в своем эмоциональном развитии, так как не могут выработать необходимых коммуникативных навыков, умения общаться с себе подобными. На потенциальных сексуальных партнеров они реагируют агрессией или страхом. Общение со сверстниками и связанные с ним эмоциональные переживания во многом определяют все последующее развитие индивида и особенно его сексуальные реакции.

Следует иметь в виду, что отдельные сексуальные реакции имеют не только физиологические, но и знаковые функции. Спаривание стадных животных происходит не в социальном вакууме, а в определенной системе отношений с другими членами стада. Например, доминантная самка в собачьей своре может воспрепятствовать самцу спариваться с другой самкой. Самец обезьяны, занимающий низкое место в иерархии, не смеет приблизиться к самке в эструсе (течке), если рядом находится самец более высокого ранга, но спаривается с нею, если тот отходит.

Возраст, когда животные начинают спариваться, также зависит от социальной организации, свойственной данному виду. Самцы морских свинок или крыс спариваются и производят потомство, как только их семенники начинают производить зрелую сперму. Напротив, молодой павиан, чтобы получить доступ к рецептивным самкам, должен не только достичь своего полного роста, но и завоевать определенное положение и престиж в стаде. У некоторых животных спаривание монопольно принадлежит немногим доминантным самцам, которые подавляют проявления агрессии внутри группы и совместно наказывают нарушителей порядка.

Генетическая функция самца - оплодотворить как можно больше самок, обеспечив передачу своих генов потомству, самка же обеспечивает сохранение потомства и унаследованных качеств. Это подкрепляется данными репродуктивной биологии: самец обладает почти неограниченным запасом семени, тогда как количество яиц, которым располагает самка, ограничено. Сексуальная активность самки млекопитающих лимитируется тем, что она должна выносить, выкормить и вынянчить потомство. Видимо, поэтому природа позаботилась о том, чтобы самки большинства млекопитающих могли спариваться только в период течки (эструсе), в другое время они реагируют на самцов агрессивно, что накладывает сезонные ограничения и на самцов. Тем не менее половая жизнь самцов у большинства видов более экстенсивна; один самец обычно оплодотворяет многих самок, в "семейной" структуре некоторых видов это закрепляется существованием "гаремов" и т. д.

Асимметрия половых ролей и сексуального поведения в животном мире не означает, что самец "господствует" над самкой. Самцу обычно принадлежит право ухаживания, причем внутри-половой отбор самцов часто определяется состязанием в силе. Но самка не просто становится добычей победителя, а выбирает его из нескольких возможных претендентов. Причем имеют значение не только физические данные самца, но и то, какими материальными ресурсами он потенциально располагает. Это особенно заметно у птиц. Так, самка болотного крапивника выбирает супруга не по его внешности или красивому голосу, а по тому, насколько хорошей, богатой территорией он владеет, от чего зависит благополучие потомства. Иначе говоря, это "брак по расчету": преимущество получает самец, который способен обеспечить наиболее благоприятные условия для выращивания потомства.

Диапазон форм сексуального поведения у животных чрезвычайно широк - от внешне беспорядочного спаривания у одних видов до длительного парного сожительства у других. Это всегда имеет какую-то видовую целесообразность как с точки зрения продолжения рода, так и с учетом особенностей видового поведения, зависящих в конечном счете от экологии.

В частности, переход от полигамии, преобладающей у большинства видов, к "моногамии", то есть к устойчивому брачному союзу самца и самки хотя бы на срок выращивания одного выводка, обусловлен, по мнению Э. Уилсона, специфическими условиями, когда одна самка без помощи самца не может вырастить потомство. Там, где родительские функции выполняет одна самка и "отцовства" не существует, отпадает и необходимость в длительном ухаживании и тем более в тесном брачном союзе.

Сексуальное поведение высших животных связано не только с репродуктивной функцией. Некоторые физиологические реакции имеют у них, как и у людей, условный, знаковый характер. Так обстоит дело, например, с эрекцией и демонстрацией эрегированного полового члена. Физиологически эрекция полового члена принадлежит к числу непроизвольных и неспецифических реакций. У молодых самцов она возникает не только в связи с сексуальным возбуждением, но и в ситуациях, вызывающих страх, агрессию, вообще эмоциональное напряжение. Уже новорожденные самцы приматов, включая человека, делают характерные тазобедренные телодвижения, выпячивая член, как при копуляции.

У взрослых самцов эти рефлекторные телодвижения приобретают значение знака, становятся жестами. Так, у обезьян саймири демонстрация эрегированного члена другому самцу - жест агрессии и вызова. Если самец, которому адресован такой жест, не потупится и не примет позы подчинения, он тут же подвергнется нападению, причем в стаде существует на этот счет жесткая иерархия: вожак может показывать свой член всем, а остальные самцы - строго по рангу. Сходная система ритуалов и жестов существует у павианов, горилл и шимпанзе.

Известен и механизм ее передачи: пока детеныш мал, на его эрекции не обращают внимания, но как только он вступает в период полового созревания, взрослые самцы воспринимают эрегированный член как жест вызова и жестоко бьют подростка, так что, вырастая, он уже понимает значение этой физиологической реакции и соответственно контролирует ее.

"Отпугивающая" сила полового члена применяется и против внешних врагов. Немецкий этолог Вольфганг Виклер описал караульных павианов и зеленых обезьян в Африке. В то время как стадо кормится или отдыхает, такие самцы сидят на видных местах, расставив ноги и демонстрируя частично эрегированный член. Это служит как бы предупреждением чужакам, чтобы они не тревожили стадо. Связь такого поведения с древними фаллическими культами, о которых будет речь позже, достаточно очевидна.

Некоторые формы сексуального поведения не только не имеют репродуктивного смысла, но и противоречат правилам поло-ролевой дифференциации. Например, самец "подставляется", а самка совершает "наскок". Причины такого "гомосексуального" поведения могут быть разными. В одном случае все дело в трудностях распознавания истинного пола партнера. Например, лягушки и жабы не могут определить пол партнера на расстоянии, поэтому сексуально активный самец наскакивает на любую движущуюся особь своего вида; дальнейшее зависит от реакции партнера: самка поведет себя рецептивно, а самец начнет сопротивляться, заставив "насильника" уйти. Быки и жеребцы в состоянии возбуждения нередко наскакивают даже на неодушевленные предметы. Однако наскок одного самца на другого чаще происходит в отсутствие самки, при появлении которой самец обычно переключает внимание на нее.

В других случаях сексуальное поведение выражает иерархические отношения господства-подчинения. Такое поведение зафиксировано у многих животных - овец, горных коз, ящериц, обезьян, дельфинов. Копулятивные позиции при этом только имитируются, причем доминантный самец или самка выполняет маскулинную роль, а более слабый партнер - фемининную.

Иногда сексуальный контакт (спаривание, взаимная мастурбация) является элементом игрового общения однополых молодых животных.

У обезьян "подставление" - своеобразный жест примирения после ссоры. Выросшие вместе и связанные узами взаимной привязанности молодые самцы нередко "подставляются" или наскакивают друг на друуга, но, как в детских играх, это чаще всего лишь выражение дружеских чувств. То же может происходить в состоянии аффекта. По словам Джейн Лавик-Гудалл, в момент сильного волнения один самец шимпанзе может прижаться к другому и даже взобраться на него, но эта форма поведения выражает лишь потребность в физическом контакте с сородичем.

И лишь в очень редких случаях налицо исключительно гомосексуальное поведение, обусловленное гормональной феминизацией или специфическими условиями индивидуального развития (например, когда два однопольк щенка растут в изоляции от других животных и все их привязанности сосредоточены друг на друге).

Таким образом, даже сексуальное поведение животных не сводится к обеспечению репродуктивной функции и не является чисто инстинктивным. Человеческая сексуальность - тем более.

Отдельные сексуальные автоматизмы (например, эрекция полового члена) и компоненты сексуального поведения (например, половое возбуждение) имеют физиологическую природу и поддаются механическому или нейрохимическому манипулированию.

Американский физиолог Пол Мак-Лин и его сотрудники в опытах на обезьянах саймири и других животных нашли, что раздражение некоторых отделов головного мозга вызывает определенные сексуальные реакции - в одном случае эрекцию, в другом - эякуляцию, в третьем - мастурбацию.

Электрическое стимулирование лобных долей головного мозга у людей также вызывает эротические оргазмоподобные переживания. Причем нервные центры, регулирующие оральные, то есть локализованные в полости рта, реакции, тесно связаны с центрами, регулирующими генитальные реакции: их низкочастотное раздражение вызывает сначала слюноотделение и жевательные реакции, а примерно через минуту - эрекцию члена. У животных и человеческих младенцев эрекция нередко наблюдается во время кормления.

Мак-Лин объясняет это особенностями филогенеза: в неокортексе, то есть в высших, филогенетически позднейших отделах мозга, голова и хвост представлены как противоположные, полярные точки тела, но в лимбических долях они сближаются благодаря чувству обоняния, которое существенно как для питания, так и для спаривания животных.

Обнюхивание или облизывание аногенитальных частей - важная часть ритуала знакомства и приветствия у многих животных. Физиологи объясняют это действием так называемых феромонов - выделяемых гениталиями пахучих веществ, вызывающих у особей противоположного пола половое возбуждение.

Наличие феромонов у человека долгое время оспаривалось. Некоторые ученые считают, что у человека в связи с особенностями его анатомии (прямохождение) роль обонятельных сексуальных раздражителей значительно меньше, чем у животных, уступая место зрительным восприятиям.

Тем не менее некоторые запахи обладают сильным эротизирующим воздействием, а другие предположительно способствуют синхронизации физиологических реакций партнерской пары. Кроме того, даже если роль обонятельных анализаторов в сексуальном поведении человека уменьшилась, древняя связь соответствующих нервных центров может сохраняться в мозгу. Недаром, напоминает Мак-Лин, несмотря на все религиозные запреты и эстетические соображения, человеческая сексуальность включает разнообразные орально-гснитальные (фелляция, куннилингус) и анально-генитальные контакты. Отмеченная уже Аристотелем эрогенность орального и анального отверстий и прилегающих к ним частей тела ни у кого сомнений не вызывает. Спазматическое сокращение ануса - такой же естественный физиологический спутник оргазма, как учащение пульса и усиленное потоотделение. Более того, тип мышечных сокращений заднего прохода, сопутствующих мужскому оргазму, имеет свой особый индивидуальный ритм. В последние годы появляется все больше экспериментальных данных, по которым запахи и феромоны являются важным средством сексуального привлечения и коммуникации у всех животных, включая человека, хотя их психофизиологические механизмы остаются спорными.

Отдельные сексуальные реакции нейрофизиологически связаны не только друг с другом, но и с множеством других, несексуальных реакций.

Один исследователь ввел в мозг крысы-самца тестостерон, рассчитывая вызвать агрессивное поведение и половое возбуждение. Однако у самца вдруг проявился материнский инстинкт: вместо спаривания с подсаженной к нему самкой он начал "нянчить" ее. Инъекция тестостерона в соседнюю точку мозга действительно вызвала агрессию и половое возбуждение, а инъекция между этими двумя точками - "смешанное" поведение, когда агрессивность перемежалась с проявлением заботы и материнскими реакциями.

Раздражение одних и тех же участков головного мозга может вызывать не только реакции, отмеченные Мак-Лином, но и многие другие, которые при всем желании невозможно "увязать" с сексуальностью. Поэтому специалисты настойчиво предостерегают против иллюзии легкого перехода от экспериментального манипулирования отдельными нейрофизиологическими реакциями к "управлению" и нейрохирургической коррекции сексуального поведения человека в целом. Они указывают на расплывчатость и неясность самого понятия "половых центров", локализованных в определенных точках мозга, полифункциональность регулирующих сексуальное поведение нервных механизмов и в особенности принцип единства и целостности центральной нервной системы.

Вопрос этот имеет не только теоретическое значение. В 1960-х годах некоторые западногерманские нейрохирурги, увлекшись достижениями экспериментальной нейрофизиологии и не вполне отдавая себе отчет в сложности вопроса, применяли операции на гипоталамусе для "излечения" ряда психосексуальных аномалий (садизма, педофилии и т. п.). Результаты оказались плачевными. В некоторых случаях был нанесен вред психическому здоровью пациентов, а в других операции были неэффективными.

Столь же сложная картина наблюдается в эндокринологии. После того как было доказано, что сила полового возбуждения и уровень сексуальной активности как мужчин, так и женщин зависит от уровня андрогенов (андроген часто называют "либидо-гормоном"), многие ученые решили, что открылась широкая возможность "управления" эротическими чувствами и сексуальным поведением людей. Но вскоре выяснилось, что андрогены воздействуют только на силу полового влечения, а не на его направленность.

С помощью соответствующей гормонотерапии можно повысить или понизить уровень половой возбудимости, но нельзя изменить сексуальную ориентацию личности и превратить го-мосексуала в гетеросексуала.

Затем, как и в исследованиях гормональной половой дифференциации, выявились другие ограничения, в частности, разная сенситивность к стероидным гормонам в зависимости от пола, возраста и некоторых индивидуальных особенностей. В опытах на животных обнаружилось, что одни и те же гормоны не совсем одинаково влияют на разные компоненты сексуального поведения.

По данным английского ученого Джона Бэнкрофта, андрогены, прежде всего - тестостерон, являются необходимым, но недостаточным условием нормального сексуального желания у мужчин. Прием тестостерона интенсифицирует мужское сексуальное воображение и интересы, повышает сексуальную возбудимость, способствует учащению эрекции полового члена во сне. Сексуальные интересы и сексуальная активность мальчиков-подростков также коррелируют с уровнем тестостерона. Однако у женщин такой зависимости не обнаружено, экспериментальные данные противоречивы.

Да и у мужчин многое зависит от негормональных факторов (например, эрекции в ответ на визуальные эротические стимулы кажутся независимыми от андрогенов). Влияние репродуктивных гормонов на сексуальное поведение опосредствуется другими физиологическими факторами и зависит также от познавательных и эмоциональных процессов.

Как справедливо заметил американский психолог Филип Зимбардо, сексуальное влечение качественно отличается от всех остальных влечений и потребностей.

Будучи необходимым для выживания вида, оно несущественно для индивидуального выживания, без секса можно жить.

Сексуальное желание может не зависеть от неудовлетворенности, оно в каком-то смысле ненасыщаемо.

Сексуального возбуждения добиваются так же активно, как и разрядки связанного с ним напряжения.

Сексуальное желание мотивирует необычайно широкий спектр поступков и психических процессов.

Оно возбуждается почти всеми мыслимыми способами - от прикосновения к половым органам до мгновенной фантазии.

Любой стимул, который однажды ассоциировался с сексуальным возбуждением, может стать для него привычным мотиватором, и любой стимул, ассоциировавшийся с сексуальной разрядкой, может стать ее условным подкреплением.

Человеческое сексуальное поведение нельзя рассматривать по формуле "стимул - реакция", в отрыве от субъективных мотивов и от того смысла, который эти действия имеют для самого человека.

Любое человеческое действие имеет какой-то субъективный личностный смысл. Чтение книги ради подготовки к экзамену, или из желания овладеть ее содержанием, или ради удовольствия, доставляемого самим процессом чтения,- психологически совершенно разные действия. Смысл сексуального поведения также меняется в зависимости от того, какие именно субъективные потребности оно удовлетворяет.

"Один и тот же" половой акт может быть:

Каждый из этих мотивационных синдромов относительно автономен, а в зависимости от него меняется даже последовательность психосексуальных реакций. Например, релаксационная модель предполагает, что сексуальное возбуждение предшествует эротическому воображению, тогда как рекреационная модель предполагает обратную последовательность. На самом деле разные мотивы большей частью переплетаются. Кроме того, в ходе развития сексуального контакта (тем более - отношения) один мотив может перерастать в другой (например, флирт перерастает в серьезное увлечение), изменяя тем самым природу отношения как целого. Наконец, эти мотивы зачастую не осознаются, а полностью не осознаются вообще никогда.

Но индивидуальная мотивация тесно связана с нормами культуры, которая придает сексуальности то или иное значение, определяет ее ценность, создает язык, посредством которого люди выражают и формируют свои переживания. Как это делается - прослеживают исторические науки, этнография и социология.

© И.С. Кон


Aport Ranker
Создание и поддержка сервера - ИМС НЕВРОНЕТ
Вопросы и пожелания
Информационная медицинская сеть НЕВРОНЕТ
Hosted by uCoz