СЕКСОЛОГИЯ 
  Персональный сайт И.С. КОНА 
 Главная страница  Книги  Статьи  Заметки  Кунсткамера  О себе  English 

И.С.Кон. Сексология.

Отрывки из книги

Особенности женской сексуальности (стр.154-155)

Хотя сексуальное раскрепощение женщин везде и всюду способствует росту их сексуальной активности и удовлетворенности, это не снимает гендерных различий, особенно в мотивационной сфере.

В глобальном исследовании фирмы Пфайзер (опрошено 26000 респондентов старше 40 лет в 28 странах ) отсутствие сексуального интереса признали 18 % мужчин и 29 % женщин (Brock G., Nicolosi A, Glasser D.B. et al., 2003). По данным финляндского национального опроса 1992 г., отсутствие сексуального желания в разных возрастных группах признали от 5 до 20 % мужчин и от 15 до 55 % женщин (Kontula 0. and Haavio-Mannila E., 1995) В Петербурге, по данным репрезентативного опроса 1996 г., отсутствие или редкость сексуального удовольствия признали 5 % мужчин и 36 % женщин (Gronow J., Haavio-Mannila E, et al., 1997)..

Что стоит за этими цифрами? Достижения последних лет в изучении и лечении мужских эректильных дисфункций, связанные с появлением виагры, сделали этот вопрос особенно острым. Многие мужские дисфункции оказались в значительной мере партнерскими, зависящими от сексуальной реактивности женщин. Что же делать? Улучшить любрикацию женских гениталий можно с помощью той же самой виагры или других лекарственных средств. Но повысит ли это женское сексуальное желание? У мужчины вопрос решается просто: раз есть эрекция, надо употребить ее в дело! А у женщины?

Ведущий американский сексофармаколог Реймонд Розен и один из руководителей Национального опроса 1992 г. социолог Эдуард Лауманн считают, что женские сексуальные дисфункции в основном и главном похожи на мужские и требуют аналогичного медикаментозного лечения (Laumann E.O., Paik A., Rosen R.C. , 1999; Rosen R.C., Laumann E.O, 2003). Напротив, директор Института Кинзи Джон Бэнкрофт, опираясь на опрос 987 американских женщин от 20 до 65 лет, утверждает, что женская сексуальность качественно отлична от мужской. Сексуальная неудовлетворенность женщин зависит не столько от физических, телесных реакций, таких как половое возбуждение, любрикация гениталий и оргазм, сколько от психологических факторов, включая чувство общего эмоционального благополучия и хорошие отношения с партнером. Некоторые явления, которые мужчины, а вслед за ними и врачи, воспринимают как болезненные расстройства (дисфункции), подлежащие лечению, для женщин являются скорее проблемами, с которыми они живут и которые решаются не фармацевтическими, а психологическими средствами (Bancroft J., Loftus J., Long J.S., 2003).

Этот спор стал главным стержнем дискуссии на Второй международной консультации по эректильным и сексуальным дисфункциям (Париж, 28 июня – 1 июля 2003 г.) За ним стоят не только медицинские проблемы, но и разное философское понимание природы мужского и женского. Должны ли женские сексуальные реакции во всем походить на мужские? Можно ли и нужно ли с помощью нейрохимии навязывать женщине желания, которых она не испытывает? Но ведь она сама жалуется на их отсутствие! И если признать столь сильное расхождение мужских и женских сексуальных желаний нормальным, как возможно длительное, в идеале – пожизненное сексуальное партнерство? Кто под кого должен подстраиваться? Если одна спорящая сторона склонна оценивать женщину не по ее собственным, а по мужским критериям, то другая, возможно, готова возродить старые представления о принципиальной асексуальности женщин, которым нужна от мужчин только нежность и забота. Отрицание специфики мужской и женской сексуальности так же опасно, как ее абсолютизация. Не случайно бурными аплодисментами большой профессиональной аудитории была встречена реплика известного французского сексолога Алена Джами, что хотя между мужчинами и женщинами существует много половых и гендерных различий, не стоит «воспринимать мужчину как безмозглый хуй, а женщину – как бестелесную душу».

Этот спор идет не на уровне идеологии, а путем сопоставления научных данных, новых экспериментов и т.д. Но он продолжается и в супружских спальнях.

Индивидуальные особенности (стр.161-164)

В современной сексологии индивидуальные особенности сексуальности чаще всего сравнивают по факторам так называемой Большой Пятерки (Lippa R. A. 2001 a) ., включающей пять автономных шкал, состоящих из нескольких полярных качеств:

1.Интроверсия – Экстраверсия (молчаливый – разговорчивый, ненапористый – напористый, не любящий приключений – любящий приключения, неэнергичный – энергичный, робкий – дерзкий).
2. Антагонизм – Доброжелательность (недобрый – добрый, несклонный к сотрудничеству – склонный к сотрудничеству, эгоистичный – альтруистичный, недоверчивый – доверчивый, скупой – щедрый).
3. Несобранность – Сознательность (неорганизованный - организованный, безответственный – ответственный, непрактичный – практичный, небрежный – тщательный, ленивый – усердный).
4. Эмоциональная стабильность – Невротизм (расслабленный – напряженный, принимающий все легко - нервозный, стабильный – нестабильный, довольный – недовольный, неэмоциональный – эмоциональный).
5. Закрытость – Открытость новому опыту (со слабо развитым воображением – с богатым воображением, нетворческий – творческий, нелюбопытный – любопытный, несклонный к размышлению (нерефлексивный) – склонный к размышлению (рефлексивный), наивный – искушенный).

Особенно широких обобщений ученые не делают, но эмпирические данные о взаимосвязи психофизиологических, когнитивных и эмоциональных процессах постепенно накапливаются. Одновременно прогрессирует и теория. Например, уже упоминавшаяся модель Двойного контроля Бэнкрофта-Янсена проясняет взаимосвязь уровня сексуальной активности с колебаниями настроения и общего расположения духа. Исследование с помощью специального вопросника 919 гетеросексуальных (Bancroft J., Janssen E., Strong D. et al., 2003) и 616 гомосексуальных мужчин (Bancroft J., Janssen E., Strong D, Vukadinovic Z., 2003), показало, что у большинства людей плохое, подавленное настроение понижает сексуальный интерес. Однако существует значительное и достаточно стабильное меньшинство (преимущественно молодые мужчины), у которых плохое настроение, депрессия или тревожность, напротив, повышает сексуальное желание. Такие люди используют секс, часто рискованный и агрессивный, не ради получения удовольствия, а как регулятор настроения. Это открытие позволяет лучше понять психологические механизмы рискованного и социально опасного сексуального поведения.

Сексуальное поведение связано не только с общей направленностью интересов и эмоциональной реактивностью, но и с гормональными процессами индивида. Юноши и молодые мужчины, имеющие связи с наибольшим количеством женщин, психологически отличаются повышенной любовью к новизне и риску, а физиологически – повышенной секрецией тестостерона. Эти юноши выглядят наиболее маскулинными и сексуальными, но одновременно входят в группы риска по наркомании и агрессивности (Buzwell S. and Rosenthal D.,1996; Wills T.A., Windle M., Cleary S.D. 1998). Канадские психологи Э. Богаерт и У. Фишер сопоставили уровень сексуальной активности 215 молодых мужчин (средний возраст 19.9 лет), включая число их сексуальных партнерш, с результатами психологического тестирования и количеством обнаруженного в их слюне тестостерона. Из множества выделенных психических свойств, сопутствующих большому числу сексуальных партнерш, важнейшими факторами оказались любовь к новизне и риску, гипермаскулинность, физическая привлекательность и повышенный уровень тестостерона. Иными словами, сексуальная раскованность этих молодых людей, — часть более общего психологического синдрома, связанного с их психофизиологической конституцией (Bogaert A.F., Fisher W.A, 1995). Это значит, что Дон Жуан и Вертер отличаются друг от друга не только своими ценностями.

Большой интерес в этом плане представляет феномен так называемой сексуальной компульсивности (неспособность контролировать свои сексуальные реакции), которую измеряют с помощью специального теста. Давно известно, что люди с повышенной сексуальной компульсивностью «перепредставлены» в группах сексуального риска, в частности, среди ВИЧ-инфицированных. Но различия в уровне самоконтроля существуют и среди самых обыкновенных людей. Обследование 876 гетеросексуальных американских студентов показало а) что уровень компульсивности у мужчин выше, чем у женщин, и б) что люди с более высоким уровнем сексуальной компульсивности чаще имеют множественные сексуальные связи, больше мастурбируют, чаще занимаются сексом в общественных местах и рискованным сексом (Dodge B., Reece M , Cole S.L., Sandfort T.G.M., 2003). Сексуальная агрессивность у юношей коррелирует с гипермаскулинностью и слабостью тормозных процессов (Estupinan?Kane L. A., Geer J. H. 2001).

Люди, имеющие особенно большое число сексуальных партнеров, сексологически образуют особую группу. Например, в шведском национальном опросе (Lewin B., 2000) только 10 % женщин имели свыше 15 сексуальных партнеров, но на долю этих 10 % приходится 41 % общего числа партнеров всех шведских женщин. У мужчин среднее число партнеров больше, чем у женщин, но закономерность та же: 29 и больше партнерш имели 10 % мужчин, но на долю этой одной десятой приходится 53 % партнерш всех шведских мужчин. Эти чемпионы и чемпионки имеют свои, далеко не всегда благоприятные, но и не обязательно аномальные психологические особенности.

Противоположный полюс - асексуалы, люди, вообще не имеющие сексуальной жизни. При обследовании 18.000 жителей Великобритании (Bogaert A. F., 2002)., таковых оказался приблизительно 1 %. Асексуальность обычно ассоциируется с гормональной недостаточностью и другими физическими расстройствами, но она коррелирует и с целым рядом других факторов: полом (асексуальных женщин значительно больше, чем мужчин), низким ростом, низким образованием, низким социально-экономическим статусом и плохим здоровьем. У асексуальных женщин также позже наступает менархе.

Говоря об индивидуально-типологических чертах, нужно иметь в виду, что некоторые из них, очень существенные в подростковом и юношеском возрасте, могут в дальнейшем, не исчезая, утрачивать часть своего былого значения. Например, единственным статистически значимым фактором сексуальной удовлетворенности 631 немецкой супружеской пары с 10-летним брачным стажем оказалось качество супружеских отношений, а вовсе не степень индивидуальной интро/экстраверсии супругов(Schenk J., Pfrang H., Rausche A., 1983). Возможно, что некоторые индивидуально-психологические свойства, сильно проявляющиеся в поведении молодых, неженатых, чаще меняющих партнеров людей, в длительном брачном союзе они в какой-то степени нивелируются взаимной адаптацией и условиями совместной жизни. Все индивидуально-типологические черты и свойства нужно рассматривать в контексте социально-возрастных процессов, брачного статуса, стажа и т. п.

Что делать с проституцией? (с.286-289)

Существует несколько вариантов социальной политики.

1. Запрещение коммерческого сексуального обслуживания с помощью правовых и административных мер, направленных против сексработниц (штрафы, запреты и т.п.) . Все эти меры неэффективны и часто дают противоположный результат.

2. Запрещение платных сексуальных услуг с помощью наказания клиентов проституции.
Уникальный эксперимент такого рода проводится с 1999 г. в Швеции. По требованию феминисток, шведское законодательство рассматривает проституцию как форму мужского насилия против женщин и детей. Любая попытка получения платных сексуальных услуг наказывается штрафом или тюремным заключением на срок до 6 месяцев. Женщины и дети, предлагающие сексуальные услуги, ответственности не подлежат. Поскольку в Швеции очень высокий уровень жизни и отличное социальное страхование, шведские женщины не нуждаются в проституции как средстве выживания, этим занимаются в основном приезжие из Восточной Европы. Среди опрошенных в 1996 г. шведских мужчин в течение жизни платили за сексуальные услуги 12.7 %, но в последний раз 78 % из них делали это только за границей ( в родном городе это делали лишь 9 %, а в стране – 13 %) (Lewin, 2000). По данным шведской полиции, новый закон существенно уменьшил уличную проституцию. Поддержка его населением за прошедшие три года также возросла, его поддерживают 8 из 10 опрошенных шведов (Ministry of Industry, Employment and Communication, Sweden, 2003). Однако в отношении более скрытой и организованной проституции эти меры неэффективны. Редкие случаи, когда уголовные дела о покупке сексуальных услуг доводились до суда, обычно завершаются оправданием подсудимых, которые с легкостью доказывают, что искали у незнакомых дам лишь тепла и участия.

3. Ограничение распространения проституции, когда она формально или фактически разрешается в одних районах города и запрещается в других; или запрещается только детская проституция; или правоохранительные органы проводят периодические облавы на проституток. Чаще всего уголовно преследуется организованная проституция. Так обстоит дело во многих странах, включая Россию. Уголовный кодекс РФ не запрещает занятие проституцией, однако статья 240 предусматривает ответственность за вовлечение в занятие проституцией и принуждение к продолжению занятия проституцией, а статья 241 – за организацию занятия проституцией другими лицами, включая содержание притонов для занятий проституцией или систематическое предоставление помещений в целях занятия проституцией. Кроме того к сексработницам и сутенерам применяются меры административного порядка. Однако эти меры неэффективны и порождают много злоупотреблений. Органы милиции не только облагают этот бизнес незаконными налогами, но подчас сами выступают в роли содержателей притонов.

4. Легализация платного сексуального обслуживания, юридическое признание ее законным видом трудовой деятельности, регулируемого и охраняемого законом, с обязательной выдачей лицензий, уплатой налогов и т. д. Такая система существует в Великобритании, Нидерландах, Новой Зеландии. В январе 2004 г. в пользу легализации проституции высказался испанский суд Легализации платного сексуального обслуживания облегчает медико-санитарный контроль, избавляет сексработниц от шантажа и вымогательства, а общество - от лицемерия и одновременно приносит государству определенные финансовые выгоды. Но возможно ли это сегодня в России?

Общественное мнение нашей страны в этом вопросе глубоко расколото.

Большинство россиян морально осуждает проституцию. При опросе ВЦИОМ 20-45-летних москвичей (март 2002 г) на вопрос «Как вы считаете, это нормально, допустимо – заниматься сексом за деньги?» утвердительно ответили 25 %, отрицательно – 55 % , затруднились с ответом 20 % опрошенных. Однако эти ответы касаются скорее сексработниц, чем их клиентов. В эффективность репрессивных мер большинство россиян не верит и их не одобряет. Отвечая на вопрос ВЦИОМ (осень 1997 г.) «Как вы считаете, что следовало бы предпринять в отношении проституции?» — 47,4% опрошенных выбрали вариант «легализовать и взять под контроль». Это решение поддерживают более молодые (60% 18 - 24-летних) и более образованные (62% людей с высшим образованием ) люди. 32% опрошенных (27% мужчин и 36% женщин) считают, что нужно, напротив, «ужесточить меры наказания» (это особенно поддерживают пожилые люди, старше 55 лет). 9% опрошенных считают, что в это дело нужно «не вмешиваться», а 11% затрудняются с ответом.

Разные позиции существуют и среди законодателей. Органы МВД и некоторые депутаты предлагают усилить наказания за проституцию. По мнению экспертов, это позволит заметно уменьшить уличную проституцию, рекламу секс-услуг в СМИ и, возможно, вовлечение в эту сферу несовершеннолетних. Однако проституция не столько исчезнет, сколько переместится в сферу незапрещенных секс-услуг: ночных клубов, эротических шоу-программ, эскорт-услуг, секса по телефону, массажных салонов и т.д. Контроль за соблюдением новых запретов потребует значительных бюджетных средств и неизбежно обернется новыми теневыми доходами для правоохранительных органов. Рядовому налогоплательщику это невыгодно.

Вторая стратегия – легализация и превращение проституции в разрешенный вид предпринимательской деятельности, вплоть до создания официальных домов терпимости, выглядит более рациональной. «Легализация этой деятельности выгодна для проституток, которые являются движущей силой в криминальном «секс-бизнесе». Они, конечно же, будут стараться попасть на работу в официальный публичный дом, где им будут гарантированы: охрана здоровья; высокая и стабильная заработная плата; защита от жестокого отношения к ним со стороны криминальных структур (например, вывоз на «субботники»), включая сутенеров, охранников и клиентов» (Дьяченко А.П., Синельникова И.А., Шлык С.В. 1999, с.63). Однако это реально только в условиях сильной экономики и стабильного правопорядка. Если наше государство не в состоянии защитить от убийств богатых предпринимателей, то гарантировать безопасность и вырвать из криминальной среды сексуальных работниц оно подавно не сможет. Тогда какой смысл им платить государству дополнительные налоги?

Аргументы обеих сторон зачастую не вполне реалистичны. Некоторые сотрудники МВД говорят, что брать налог с проституток безнравственно, потому что тогда школьная учительница, получающая зарплату из бюджета, будет заинтересована в том, чтобы ее ученики ходили к проституткам. Но водочные акцизы, на которых держится часть нашего бюджета, не говоря уже о доходах от продажи оружия, гораздо более безнравственны, тем не менее никто не предлагает от них отказаться.

Столь же абстрактны аргументы либералов. Предлагая легализовать сексобслуживание как индивидуальное предпринимательство, некоторые из них подчеркивают, что не должно быть никаких борделей, «это – эксплуатация». Но разве Газпром, который рекламирует себя как национальное достояние, или даже маленькая шляпная мастерская обходятся без эксплуатации? Если узаконить только индивидуальное сексуальное обслуживание, проститутке придется приводить клиентов к себе домой. А если у нее ребенок? Да и вообще таких клиентов домой лучше не водить. А снимать или покупать для работы квартиру дорого. Не получится ли, что прилично организованный бордель, имеющий помещение, охрану, врача и т.д., при всей его моральной неприглядности, будет выгоднее и для клиента, и для сексработницы? Но это было бы уже не просто легализацией, а институционализацией платных сексуальных услуг. Как заметила известная белорусская феминистка Елена Гапова, «легализация - это попытка превратить базарчик при дороге в универсам с кондиционером».

Боюсь, что к радикальным решениям в этом вопросе Россия ни экономически, ни социально-психологически не готова, и придется искать компромиссные варианты, хотя они никому не нравятся.

© И.С. Кон


 
Информационная медицинская сеть НЕВРОНЕТ
Hosted by uCoz